Заехали в село Грешнево. Родовое гнездо помещиков Некрасовых. Здесь прошло детство великого поэта.
Строго говоря, родиной Некрасова его назвать нельзя. Родился Николай Алексеевич на Украине. В городке Немиров. Винницкой области.
Там его отец воинскую службу проходил.
Отца поперли со службы, когда маленькому Коленьке едва полтора годик исполнилось.
Вот и вернулось семейство отставного майора в родные пенаты. В дом, который еще дед поэта построил. В этом Грешнево. Недалеко от Ярославля.
«Если переехать в Ярославле Волгу и пройти через Тверицы, то очутишься на столбовом почтовом тракте. Проехав 19 вёрст по песчаному грунту, где справа и слева песок, песок, мелкий кустарник и вереск (зайцев и куропаток там несть числа), то увидишь деревню, начинающуюся столбом с надписью: «Сельцо Грешнево, душ столько-то господ Некрасовых». Проехав длинную бревенчатую деревню, увидишь садовый деревянный забор, начинающийся от последней деревенской избы и из-за которого выглядывают высокие деревья: это барский сад. Тотчас за садом большой серый неуклюжий дом»- этот путеводитель сам Некрасов написал. В своих «Автобиографических заметках».
Сейчас уже не увидишь ни «садовый деревянный забор», ни «большой серый неуклюжий дом».
- Ага, большевики проклятые- скажет читатель- не уберегли память о русском поэте.
Большевики ни причём.
После смерти отца имение пустовало. В доме только сторож оставался. Курящий. Как-то цигарку не загасил толком. И пожалуйста. Сгорело поместье. Еще в позапрошлом веке.
«Сгорело ты, гнездо моих отцов!/
Мой сад заглох, мой дом бесследно сгинул».
- Так чего же поехали?- опять спросит читатель- Если все сгорело.
Ну, кроме господского дома в усадьбе были баня, два каретных сарая, конюшня с денником, амбар с погребом, флигель с сенями, людская изба, скотный двор, погреб и др.
Из всего этого сохранилось только одно здание.
«Музыкантская». Крепостные музыканты тут проживали.
Во времена поэта дом был одноэтажным.
Когда умер отец, Николай Алексеевич от своей доли в наследстве отказался. Он уже княжеское имение к тому времени приобрел. «Карабиху».
Имение досталось младшему брату. Федору. Тому оно тоже было ни к чему. Он в этой Карабихе управляющим был. И чувствовал себя там хозяином.
Вот и продал остатки имения. Местному кулаку. Тот надстроил второй, деревянный, этаж, с резными наличниками и мандсардными балконам. И открыл трактир.
Подросшего Коленьку отправили в Ярославль. В гимназию. Вместе с братом.
Но, как вспоминал поэт, «учением с братом не занимались, а занимались больше кутежом, и я сильно приударял в картеж и в прочие забавы».
Но второгодником не был. Был третьегодником. В 1835 году, например, в табеле красовались следующие отметки: закон Божий – 2, словесность – 3, логика – 2, математика – 1, история – 1, латынь – 3, география – 2, немецкий язык – 2, французский – 2.
Недоучившийся гимназист плюнул на учебу. И уехал столицу покорять.
Оставив о себе только память. Которая, похоже, скоро тоже исчезнет.
Резных наличников давно уже нет.
Окна зашиты железными листами.
Когда-то здесь музей был. Да только два десятка лет назад система отопления разморозилась. Экспонаты перевезли в Карабиху. С тех пор здание пустует и потихоньку разрушается.
- А что если восстановить- поинтересуется простодушный читатель.
- Не получается- горестно объясняют музейные работники- "Музыкантская" она находится на особо охраняемой территории памятника природы - парка второй половины XIX века. И какие-либо работы на ее территории запрещены.. https://rg.ru/2021/12/08/reg-cfo/pochemu-turistov-zhdut-ne-vo-vseh-iaroslavskih-nekrasovskih-mestah.html
Вот такой парадокс.
И висит на дверях «музыкантской» проржавевший замок. Похоже, даже сторожа нет.
Может и хорошо? А то наймут курящего. Спалит ненароком. Как и барский дом.