– Нет! Я не позволю этому произойти! Я и только я выбираю свой путь. А это всего лишь мелкая неприятность и я найду способ ее решить.
Преисполнившись внутренней силой и уверенностью, я побежала в комнату к своим книгам. Найдя нужный экземпляр, я начала перелистывать страницы в поисках одного любопытного заклинания, которое меня давно заинтересовало.
Раньше я не решалась пробовать заклинания из этой книги, потому как они были намного сложнее обычного уровня магии. Даже немногие опытные волшебники, могли бы повторить их без последствий для себя.
Эта книга была очень старая. Бабушка хранила ее у себя в библиотеке, и не позволяла ее брать. Но я не смогла унять свое любопытство и на пасхальных каникулах, к своему стыду, стащила книгу. Понятное дело, я собиралась вернуть ее. К тому же это были заклинания древних жриц, и они были настолько сложны, что при моем уровне магии мне не повторить даже самое простое из них. Но сегодня я была полна решимости. Все или ничего!
Найдя нужную страницу, я выбежала на улицу. Небо стало темно-темно синим, почти черным, через несколько минут начался ливень.
Отлично! Как раз это мне и нужно было.
Я положила книгу на крыльцо так, чтобы она не промокла, а сама выбежала под дождь. Мне нужно сделать одно усилие, один рывок и все станет как прежде. За доли секунды я вымокла до нитки и подняла руки к небу. Мне предстояло слиться с бушующими стихиями и вобрать в себя их энергию.
Слова древнего заклинания лились из меня песней, звук моего голоса становился все громче и громче. Я уже не узнавала его, я не узнавала самую себя. Словно это кто-то другой стоял под дождем и раскачивался в ритм словам. Они лились будто музыка. Музыка природы. Ветра, дождя, земли, огня. Я чувствовала их силу и впитывала ее без остатка.
Мне и не нужно было прикладывать усилий, – сила сама текла ко мне, вливаясь в каждую клеточку моего тела, обновляя его, усиливая, напитывая своей энергией. Я чувствовала ее. Первородную, первозданную, древнюю магию...
Яркая вспышка – и я открываю глаза. А в следующий миг меня пронзает страшная боль.
Мой крик заглушает раскат грома. Я падаю на мокрую землю.
Мир утонул во тьме.
***
Дневной свет неприятно резанул глаза, которые я и так открыла с большим трудом. Мне снился такой удивительный сон…Волшебный. Я не помнила, что там происходило, но эти ощущения были как наяву. Меня распирало от непонятного чувства блаженства. Вот бы снова там очутиться!
– Ох! – я попыталась подняться, но поняла, что мне не удается этого сделать.
Все тело будто одеревенело и отказывалось двигаться. От моих рук тянулись какие-то непонятные прозрачные трубочки, а на лице был пластиковый намордник.
Что за фигня?!
Пик-пик-пик… Противный звук не давал сосредоточиться. Я повертела головой и пришла к неожиданному и страшному выводу: я в больнице.
– О нет! – от резкого движения голова закружилась, и я потеряла сознание.
***
Я проснулась ранним утром. Солнце ласково касалось лучами моей кожи. Настроение было прекрасным ровно до той секунды, пока я не вспомнила, где нахожусь.
«Когда я успела загреметь в больницу? – пронеслась в голове тревожная мысль. – Эти аппараты и трубочки явно не предвещают ничего хорошего».
Я провела руками по лицу. Вроде бы все в порядке и даже намордника сегодня нет. Наверное, это хороший знак.
– Мелисса? О, моя девочка! – услышала голос мамы.
– Мам? – протянула я охрипшим голосом.
– Доченька моя, как ты?
Сначала я почувствовала тонкий нежный аромат жасмина, а потом наконец увидела ее. Элис подошла к койке и взяла мою ладонь в свою. Такое родное и красивое лицо мамы стало осунувшимся, под глазами залегли тени и мелкие морщинки. Рыжие волосы утратили жизненный блеск, плечи опустились, и весь ее облик говорил о том, что она долго пребывала в подавленном состоянии.
По щекам Элис стекали слезы, но она все равно тепло и ласково улыбалась мне. Сердце защемило от боли и чувства вины. Ведь, очевидно, я стала главной причиной ее переживаний.
– Все в порядке, – сказала я, попытавшись улыбнуться. – Если не брать в расчет, что я не помню, как здесь оказалась.
Мама какое-то время смотрела на меня молча, затем тихо произнесла:
– Детка, ты была в коме.