Сейчас поминать Высоцкого стало чуть ли не престижно и даже высоконравственно, но, по-моему, Высоцкий единственный поэт, которого с идиотским постоянством запрещали и вновь разрешали большевики за сто лет своего режима.
Но я расскажу про 1980 год. Тогда Высоцкий был еще под вопросом низкой высокодухоподъемности и некоей как бы аморальщины. Идеологически не рекомендован, но и не запрещен. Высоцкий попросту был. Но на политзанятиях о нем не сообщали.
Лето и июль. На Сахалине отличная погода. Как раз стояли тогда на выходе из залива Анива на банке у мыса Крильон. Это перед проливом Лаперуза. Стояли потому как нужно было вскоре выйти в Лаперузу и провести лодку. Кто не знает, так Лаперуза - проливчик мелкий. И лодкам приходится идти в надводном варианте. Я подводные лодки имею ввиду.
А на банке у Крильона офигенно клюет камбала на резаное мясо. И мы ловим камбалу. Она небольшая, как раз размером со сковородку. Поймал - и в камбуз в иллюминатор. Иллюминатор никакого отношения к иллюминатам не имеет, потому что они злопакостные масоны и вообще. Предвестники коммунистического режима, считаю. А иллюминатор типа окошка. Но круглого. Так удобней на флоте. Задраивать его очень способно. При шторме, к примеру. Да и вообще когда корабль нужно к бою и походу приготовить. Но тогда на камбуза готовили камбалу. Жарили ее в огромных количествах.
Я как бы на бессменной вахте - один радист на корабле, сплю в радиорубке - и ловлю камбалу в зоне слышимости моего приемника, "волнушки". Так-то их не сколько было, приемников, но мне "волнушка" отчего-то нравилась. И тогда их два сразу включено, но громче всех "Волнушка" работает. И слышу, что меня кто-то истерично на "пиле" зовет. А "пила" - это ключ двухсторонней работы, морзянку выдает с очень своеобразным напевом. На нем работать запрещено. Но, к примеру, ребята с Курил, с метеопостов, только на "пиле" и работали. Потому что им было пофиг.
Дальше Курил не сошлют.
Зовут - нужно ответить. Работаем Щ-кодами. Кто в курсе, знает, что Щ-коды похлеще ЗАС, сказать можно все, что хочешь, а подслушивающие идиоты и прочие наймиты потусторнней буржуазии все равно не поймут. И говорят мне ребята, что умер Высоцкий, а толпы народы вышли в Москве (тогда еще была Москва и были москвичи) к его окнам.
Если честно, то я к творчеству Высоцкого никак. Воспринимаю и не более. Даже сейчас. Тогда тем более. Хотя у меня два двоюродных братца весьма долгосрочно отсидели на уральских зонах (оба по "черной" масти", один даже со смотрящим чай пил, а на свободе местечковых урок рулил), и Высоцкого очень ценили. Даже, было дело, рассказывали о неком персонаже, у которого "весь Высоцкий на кассетах записан". Но не мое....
Но раз сообщили по связи (своей и нелегальной, заметьте, никто за выход в эфир без приказа командира не погладит), то пошел рассказать к помощнику командира Сереге. Серега был отличный мужик - закончил питерское училище, там женился на дочке начальника училища, начальник хотел оставить его главбиблиотеркарем (парень очень начитанным был), но парень решил служить на корабле, отчего брак развалился, а Серегу отправили на Сахалин. И говорю я помощнику: - Высоцкий умер. - Откуда знаешь?, - он спрашивает. - Мои дела. - отвечаю. - Но точно.
Вообщем, Серега пошел к кэпу, ему сказал, потом они вдвоем (ну и со мной, конечно), вышли в рубку ЗАС (засекреченная аппарутура связи), там потрещали на УКВ-"Сирени", и мужикам другие правильные мужики все подтвердили. Тогда были правильные мужики.
А потом в Лаперузе встретили лодку. Огроменную. "Акулу". Я аж через СБД подтверждение о ее встрече кинул. Крайне редко такое бывало. Как всегда, обменялись новостями и прочим (это я про винишко и спирт, табак еще). Про Высоцкого рассказали. Провели лодку через пролив. Рядышком шли, всегда так лодки сопровождали.
И на возвращении в Корсаков нажрались. За Высоцкого пили. Спирт и вино, что с лодки. Изрядно тогда накидались. Такая вот история, господа!