Дима поставил передо мной продуктовый набор, который собрал. Впечатляюще. Можно явиться домой в семь часов вечера и сказать , что в Ангарск ездила. Два вида колбасы, печень говяжья, котлеты, две банки ветчины, две банки сайры, треска импортная кусочками свежемороженая, паштет, тушенка, печень трески. Живут же люди. Но я в тот момент конечно думала о том, какие разные у нас у всех возможности. Вон, Дима, выгрузил мне полхолодильника. И даже не задумывается, не о деньгах , ни о том, как он свои продуктовые запасы восполнять будет. И Витя. Ни денег, ни продуктов. За палку колбасы Родину продаст.
- Ну скажи что нибудь, Галя. Хватит тебе этого, или ещё добавить?
- Треску в морозилку убери, растает.
- Ну все? Я правильно понял?
- У меня к тебе житейский вопрос. Ты же к торговле не малейшего отношения не имеешь, откуда все это?
- Ну ты даешь! Ты что, не догадываешься, что все люди болеют? И торгаши тоже. А еще у них болеют родственники
- Но ты же не работаешь больше месяца!
- Ну и что? Я хороший врач. И свою работу делаю хорошо. Все об этом знают. Поэтому поддерживают меня в болезни. Давай руку. Пошли.
Второй акт Марлезонского балета проходил намного спокойнее , чем первый. Дима выторговал себе время, поэтому не торопился. И у нас образовалось время потрепаться. Было такое ощущение , что нам разговоры в этот раз были важнее всего остального. Мы поговорили обо всем, о дипломе, о Димином выздоровлении, о перспективах. Дима предложил мне по простому написать диплом. Но я была не готова к этому подвигу. Но с радостью согласилась, чтобы Дима систематизировал и проанализировал данные, которые я собрала.
- Ну значит ты на днях принесешь свои записи?
- Принесу. Только не мечтай о том, что это будет завтра.
- А почему не завтра?
- Потому что я сегодня решила побыть у тебя часов до семи.
- Ты это серьезно?
- Серьезнее не бывает.
- А Витьке что скажешь ?
- Ну тебе то это зачем?
- Интересно.
- Давай без подробностей. Мне с тобой хорошо, тебе я надеюсь тоже хорошо. Давай просто побудем вместе.
- Все, больше вопросов нет. Будем наслаждаться моментом.
Как же было хорошо в чужом доме. Потому что, как ни странно, в этом доме я никому ничего не была должна. Дима тоже предпочитал мирное сосуществование, в отличие от отца моих детей. С ним было хорошо и спокойно. А еще в тот момент я осознала , что я как то поняла и приняла то, то он вечно чужой, ныне и присно и во веки веков. Хоть и близки мы друг другу, хоть и чувства наверное какие то есть, если готовы друг другу и помогать и поддерживать в трудное время. Он всегда будет недосягаем. Лучше принять это, как данность, и наслаждаться общением и близостью, чем страдать без остановки.
А так как у нас было можно сказать море времени, мы расслабились и решили не только перевыполнить план по ор. Га змам. Мы так давно не оставались наедине, что просто лежать, уткнувшись Диме в ребра, было величайшим наслаждением. Тогда меня не интересовал глубинный вопрос почему в жизни бывает так, что двое, которым хорошо вместе, почему то не живут вместе. До определенного момента мне было безумно обидно, а потом я смирилась с этой ситуацией. Слава богу, что он был у меня, этот Дима, и слава богу что иногда я попадала в его объятия.
А время шло, мы ели, пили чай,болтали, обнимались, любили друг друга, и надеялись, что это не последний раз. На улице потемнело и я понимала, что наша встреча приближается к завершению. От этого было грустно, а грустнее всего было от того, что главный персонаж моего сегодняшнего вечера, это Витя. Я буду наблюдать за тем, как этот упырь закидывает в свою бездонную утробу, вкусности, которые презетовал мне Дима, а потом ждать пока он уснет. Спокойствие моего вечера обеспечил совершенно посторонний мужчина. Которому тоже не нравилась перспектива нашего расставания.
- Сейчас он поужинает, и потащит тебя в постель
- Он нажрется и завалится спать
- Ну скажи мне, что он приехал, и даже не прикоснулся к тебе
- Скажу. И могу много еще тебе сказать, если ты не сменишь тему.
Часы пробили мое время. Пора. Я стала собираться.
Поддержать канал 2202206274060537