Расскажу-ка я тебе сегодня, мой слушатель , про Улля и про Форсети.
Улль, тот который муж Скади, богини охоты, был божеством странным и сведения о нем очень отрывисты и разноречивы. Какие-то саги говорят о нем как о боге лучников, какие-то как о боге лыжников, а какие-то вообще называют его богом зимы. Скорее всего это объясняется тем, что со временем какие-то черты Улля были переняты другими богами, а может быть, со временем, в устной традиции сей персонаж сам по себе угас, заслоненный другими асами... Как бы то ни было, но вот он Улль, – сын Сив от первого брака с великаном, нигде не упоминающимся в сагах, и пасынок Тора; конькобежец и лыжник, большой ценитель северного сияния, прекрасный лучник и непревзойденный охотник. Очень интересно, что изображают его всегда со щитом за спиной и существует кеннинг, называющий его "ас щита", но нет сведений, почему так и почему щит иногда называли "кораблем Улля", но я например считаю, что когда-то он олицетворял собою зиму, и лед, который сковывал озера и реки, напоминал крепостью своей щит. Да и лыжи, которые можно было изготовить тогда, тоже напоминали удлинненные щиты, нечто вроде снегоступов:).
Жил Улль в Долине Тисов, Идалире, поскольку именно тис давал лучшую древесину, – удобненько, далеко ходить не надо. В некоторых сагах говорится, что в качестве бога зимы занял престол Одина, когда тот отсутствовал, как говорится в мифе о Вили и Ве, братьях Одина, но тут нет ясности совершенно, потому что одни источники говорят, что Улль занял престол и взял себе Фригг при попустительстве братьев, а иные говорят, что они сами распоясались и при их раздолбайстве на землю вторглись хримтурсены и давай всех морозить, и что они сами Фригг заграбастали:). Причем не стоит удивляться такой пассивности Фригг. Дело в том, что при исчезновении или смерти мужа, о женщине заботился родич мужа, причем половые отношения при таком осуждались:), то есть мудрая тетка Фригг все правильно сделала. И в легенде, где Улль узурпирует трон, вернувшийся Один изгоняет Улля, который был ко всему плюсом еще и жмотом, и ничего кроме снега и холода людям не дарил, так что поддержки электората наш лыжник не нашел и свалил в сторону Альп, где, если верить поэтам, на склоне горы он построил дом и наведывался в Асгард и Идалир только когда Один отчаливал путешествовать.
Считался иногда Улль и богом смерти – кто хоть раз ночевал в лесу зимой ночью, тот вполне поймет, почему это так. Тихо подбирается, как волчья голова на крысиных хвостах, тихо напевает, усыпляя. И предполагали потому, что Улль участвует и в Дикой Охоте а иногда и возглавляет ее. Так что муж богини охоты – лучницы и лыжницы, неплохо ее дополнял:).
Я натыкался на легенду дошедшую в отрывках, что Улль был другом Бальдра, бога света, и бывая частенько по делам в Хельхейме, составлял погибшему богу компанию. Объясняется это тем, что Улль с морозами уходил в изгнание в Хельхейм, где потом к нему присоединялся Бальдр, что происходило в день летнего солнцестояния, и после этого день становился короче и начинала надвигаться сила мрака.
Форсети.
Сын Бальдра, Светлого бога и Нанны, богини безукоризненной чистоты, Фосрсети был самым чистым, мудрым и правдивым среди богов. Ему был дарован престол в зале совета богов Асгарда, причем сами боги решили, что он будет покровителем правосудия и справедливости и наделили его чертогом Глитнир, что покрыт был серебряной крышей, опиравшейся на золотые колонны и сиял, будучи видным издалека.
Глинтнир – десятый,
Яркий, где златы опоры,
Серебра кровля,
Там Форсети время
Всяк день коротает,
Всякую тяжбу судит.
Старшая Эдда. Речи Гримнира.
Здесь Форсети-законодатель решал споры людей и богов, вынося решения мудрые и справедливые, да настолько, что никто не мог оспорить их потому что не хотел, ибо всяк был решением доволен. Сила красноречия и убеждения этого бога была такова, что его слова всегда находили дорогу к сердцам слушающих их и ему всегда удавалось примирить самых злейших врагов. Все, кто покидал его чертог жили в мире, потому что за всю фигню сходу от речей просекли и могли зверям лесным дхарму проповедовать:).
Как бог вечности и справедливости закона, Форсети должен был присутствовать на всех судах и тингах и к нему непременно обращались перед разбором дела или тяжбы и говорили, что он всегда помогал тем, кто этого заслуживал. Но по мере порчи мира пришли лживые судьи и покупные свидетели и понеслась... Но это все было потом. А пока...
Собрались как-то фризы на тинг, чтобы облегчить осуществление правосудия на своей земле и уполномочили двенадцать мужей многомудрых, – асегиров, – собрать законы семей и племен, населяющих земли их, чтобы создать свод законов, который ляжет в основу их права. Долго ли, коротко ли валандались асегиры, но сели они как-то на обратном пути в суденышко, и поплыли в уединенное место, дабы обсудить собранные законы. Но по пути настиг их шторм и отогнал от берега далеко в море. И то в одну сторону их несло, то в другую, и совсем уже потеряли асегиры надежду седины свои до берега довезти и чуть было не случилось, что мудрецы в одном тазу пустились по морю в грозу со всеми печальными для рассказа последствиями:), но пришла кому-то из них в голову удачная мысль взмолиться Форсети о счастливом исходе. Молитва была подхвачена всеми и внезапно среди асегиров появился тринадцатый пассажир. Схватив руль он повернул судно туда, где волны были выше всего и сквозь них провел их к острову, где велел всем высадиться. Все беспрекословно ему повиновались – а что было делать? Так просто ведь в море дядьки в лодки с неба не падают, верно:)? Пока старейшины удивлялись, рулевой достал из-за пояса золотой топор и метнул его в камни прибрежных скал, и там, куда он попал, открылся источник, испив из которого достойные мужи сели в круг, видя с удивлением, что незнакомец лицом своим неуловимо напоминал каждого из них в отдельности и всех вместе разом. Внезапно тишина разрушилась тихим голосом незнакомца, становившемся все тверже, и которым он излагал лучшие правила, собранные асегирами. И так писался свод законов. А затем незнакомец исчез так же внезапно, как и появился, оставив старейшинам правило, по которому осуществлялось правосудие среди фризов долгие века.
В память о явлении бога, старейшины объявили остров священным. И любой, осмелившийся осквернить его ссорой или кровопролитием должен был быть проклят и навеки изгнан. А назывался остров "Земля Форсети", или Холиголанд и чтили его все народы Северной европы и самые смелые и дерзкие викинги не осмеливались высаживаться на этом острове, если только не попадали в кораблекрушение и не грозила им смерть. На этом острове вершились самые важные суды, перед которыми асегиры пили воду из источника, который считался священным, и священным настолько, что даже скот, из него испивший, нельзя было убивать.
Считалось, что лучшим временем для отправления правосудия были весна и лето, потому что в неверном свете осенних сумерек или освещенной огнем ночи невозможно вынести праведного решения. Форсети реденько упомянут в мифах и песнях, чаще всего в связи с Бальдром, о котором рассказ впереди. Он не должен будет участвовать в Рагнареке, став богом старого мира, возродившимся в новом:).