Полтора десятка лет назад я некоторое время лет жил и работал в Калининградской обл.. В г. Черняховск открылся новый завод по производству телевизионной техники. Кадров катастрофически не хватало. Ну и генеральный директор заманил их к себе из тогдашней "столицы" телевизоростроения , г. Александрова, где когда то выпускался знаменитый "Рекорд"... Одним из таких спецов я аккурат и был, довелось с нуля поставить работу, а в дальнейшем руководить участком сборки печатных плат для электронных модулей телевизоров.
Там сдружился с одной семьёй, тоже приезжих, только не из центральной России, а из Казахстана, в крови которых был полный интернационал. Эта, достаточно еще молодая семья хлебнула от распада СССР по полной. Все наши «страдания» в Ельцинские дикие 90-е, ерунда, по сравнению с тем что выпало на их долю
При Советах они довольно неплохо жили в Казахстанском городке, недалеко от столицы республики. Была своя двухкомнатная квартира, с хорошей, даже бы сказал зажиточной, по тем временам, обстановкой. Хотя в Вовкинах чертах наблюдались "гены азии", но именно, лишь наблюдались, по менталитету он считал себя Русским на 100%... Хотя мать была из тех самых Поволжских немцев, которых массового переселяли в Казахстан. Жена его Алёна (именно Алёна, а не Лена) наполовину была Русская, наполовину еврейкой. Таких жителей в городке было с половину, вторую половину составляли «истинные казахи». И до 90-х это были вполне себе нормальные соседи, с которыми если и конфликтовали, то не на национальной почве.
Но вот пришли дурные 90-е. Казахстан обрел типа независимость, и прежние добропорядочные соседи вдруг превратились в откровенных националистов, поставивших себе вполне определённую цель – изжить всех Русских. «Русскими» были все неказахи. И немцы, и украинцы, и белорусы, и евреи… Да мало ли людей всевозможных национальностей, единой когда-то страны, осело в этом городке. Короче не пьёшь кумыс, харкаясь в рукав, топя кизяком печь под казаном – вали из нашей страны. И это были не просто слова. Участились нападения банд нациков в отношении «Русских». Последним были заказаны все руководящие, да и вообще высокооплачиваемые должности. Искусственно создавались всевозможные препоны при посещении любых госучреждений, включая даже больницы. То есть шло целенаправленное выживание этой прослойки население, которое государственные деятели не то что не пресекали, а наоборот, именно из самых верхов и шли такие установки.
Тогда еще никто не знал, почему это вдруг казахам захотелось такой полной независимости, после того как несколько поколений не видели для себя никаких проблем, что у них добрая половина соседей не казахи. Скорей наоборот, весьма положительно к этому относились. Лишь спустя добрых 15 лет, в конце нулевых, «всплыли» подробности, что такая политика была тщательно спланирована заокеанскими «демократами». Из Алма Атинского штаба пресловутого фонда Сороса шли прямые указания подкупленной верхушке страны как надо «бороться за независимость». Главной темой в их методичках аккурат было разжигание национальной ненависти к гражданам других национальностей, в первую очередь, конечно к Русским.
Ничего этого Вовкина семья, конечно не знала, и лишь с удивлением наблюдала столь разительные перемены в своей жизни. В городке стало не просто плохо жить, а даже опасно. Участились случаи изнасилований, избиений и банального грабежа местными националистами, на действия которых местные органы правопорядка вообще никак не реагировали. В итоге реши всё-таки уехать, так как бороться с таким произволом было бесполезно.
Из Казахстана они направились в глухую деревню Тамбовской области, родину Алёнкиного отца. Где ей остался в наследство пустующий домик деда. За копейки продали квартиру; При переезде оставили добрую половину нажитого... да и не так уж его и много было у еще молодой семьи. Но в деревне ожидал настоящий ад, похлеще места, из которого они сбежали в поисках лучшей доли. Соседи записали их в "чурки" и всячески травили. Ни работы, ни вообще никаких средств к существованию. А на руках двое малых детей. Натурально голодали. Вовка пытался подрабатывать в городе, но у него это плохо получалось. Помните какая поруха была в стране в середине 90-х? И местные то жители с трудом концы с концами сводили, существуя чаще всего вообще за счет грядок на «дачах». Что уж тут говорить про приезжих, да еще «чурок». Алёна, с двумя детьми на руках, хваталась за любую подработку… какие там деньги, получить ведро картошки было за счастье. Хлебнули, короче , по полной.
Бросили всё, и вернулись в Казахстан... Там их никто не ждал. Даже более того, откровенно продолжали выживать из страны всех, еще оставшихся Русских... Даже немного комичная ситуация. В России они были чужими чурками, У Чурок - чужими Русскими. После того как Алёну несколько раз попытались попросту изнасиловать и ограбить... терпение лопнуло, опять уехали. Из всего имущества везли только кой какие вещички да одежду. Всё пошло прахом. И двухкомнатная квартира, и вся мебель и ... ну просто сами представьте, три переезда за довольно короткий срок, с пересечением границы, да еще когда денег нет на банальное покушать детям. Я у Алёны спрашивал, почему они всё-таки вернулись в Казахстан, как-то нелогично. Нелогично это звучало с моей, думается и с Вашей точки зрения. Но когда твоя «родина предков» встречает не приветливым участием, а банальным чмурением… другого нематерного слова не могу подобрать, становится понятным возвращение в знакомые места… а вдруг?
Тут им в первый раз повезло. Их соседи тоже начали паковать чемоданы, намереваясь навсегда покинуть ставшую чужой страну. Ехали они не в белый свет, как в копеечку. Родственники переехали в г. Черняховск, что в Калининградской обл. там их весьма приветливо встретили. Местным жителям даже в голову не приходило отнести таких приезжих к «чуркам», чего Вовкина семья хлебнула через край. Более того. Этот западный анклав России остро нуждался в квалифицированной рабочей силе. Область получила статус особой экономической зоны, со значительными льготами по таможенным выплатам и пр. В область переехали многие промышленные предприятия из центра России, а работать на них было часто просто некому. До этого большая часть населения области были рыбаками да военными. И аккурат приезжие из Казахстана, большинство из которых обладала необходимой квалификацией, стали весьма желанны. В области одной из первых реально заработала программа переселения соотечественникам. И кроме хорошо оплачиваемой работы, многие «беглецы» получали вполне реальные субсидии для покупки жилья. Только в моём цеху работало три семьи из Казахстана (вместе устроились, муж и жена). Не покривлю душой, все они были одними из лучших работников. Главный технолог завода, очень и очень грамотный спец, тоже был оттуда…
Вовкина мать, урождённая немка, незадолго до этих событий переехала в Германию. Звала и сына с семьёй, еще до их отъезда в Тамбовскую обл. Опять, наверное, на языке крутится, что за дурачки. Почему сразу не поехали? Хорошо вот так сидеть в 24 году, и рассуждать о логичных поступках. А Вы поставьте себя на место молодой девчонки, в 16 лет выскочившей замуж, можно сказать еврейке по национальности, знавшей о Германии лишь из советских фильмов о войне, и как немцы относились к евреям в этих фильмах, помните? Ну и куда бы вы поехали, в Тамбов или Кёльн? Про то как её встретит «родина», она просто не подозревала. И тут, в плане переезда в земли бывшей Германии, но где живут Русские, да и до мамы немецкой недалеко, получился очень замечательный компромисс.
Очень быстро жизнь у этой семьи вполне наладилась. Мать помогла с покупкой собственного дома, благо, если перевести тогдашние марки в рубли, получалось недорого… Да и вообще недвижимость в городе была много доступней по цене, по причине довольно бедноватого в основной массе народа там жившего. Появилась и своё авто, и быт наладился. Что интересно. Алёна в свои 30 лет фактически первый раз в жизни прикоснулась к благам цивилизации, в плане развлечений. Не чего-то там из мотовства. А из банального: посидеть в ресторанчике, сходить на дискотеку, устроить посиделки с друзьями под шашлычок, под коньячок, банально сьездить на рыбалку, и т.п. До переезда в Черняховск почти вся жизнь была реальной борьбой за выживание, без всяких приукрас, в которой был и настоящий голод, и страх просто выйти на улицу, с которой ты мог и не вернутся живым.
Вот такой рассказ из непростой судьбы одной из работниц моего цеха.