Антитатарская и антиордынская идеология, в первую очередь должна была, естественно, оправдывать необходимость преклонения народов Евразии перед западноевропейцами, убеждая правящие слои России, и особенно ее народы, в необходимости «прислушиваться к советам и указаниям» представителей западноевропейских политических кругов, наиболее влиятельных в тот или иной период (В.О. Ключевский). Второй задачей этой идеологии, не менее важной, было постоянное противопоставление народов Евразии друг другу – особенно тюрок и славян (точнее русских и татар), для обеспечения наиболее полного и своевременного усвоения и исполнения соответствующих «советов и указаний западноевропейцев», по принципу «разделяй и властвуй». Третьей задачей было – устранить татарское (или, ордынское) влияние на народы Евразии, включая русских, поскольку это весьма мешало осуществлению первых двух задач, так как ордынская идеология в корне противоречила принципу «голого принуждения в государственной политике» и, соответственно, «нарушению евразийских традиций».
Именно постепенная и продолжительная антитатарская и антиордынская идеологическая агрессия должна была способствовать упрочению власти Романовых, пришедших к власти в Московии-России в результате Смуты, интервенции и гражданской войны в начале XVII в., и обеспечить постепенное массовое внедрение в правящий слой иностранцев-западноевропейцев. Поскольку, по свидетельству английского посла Джильса Флетчера, посещавшего Москву в 1588-1591 годах, еще и «в эпоху правления Ивана Грозного», и в период, предшествовавший Смутному времени, в среде татарских царевичей, мурз и князей бытовало мнение, что «вся страна от их границ на север и запад, до города Москвы включительно, принадлежит им». Татары в то время, что известно не только по сведениям упомянутого посла-разведчика, проживали от границ Польши до Волги, Каспия и далее на восток - то есть, практически по всей территории современной Украины, России и не только.
Поэтому Романовы-западники, придя к власти в стране, доставшейся им от Ордынской династии, «зело тихим образом», но весьма усердно и последовательно «издавна делали политику над татарами по умалению сих магометан во всем государстве» - как писал один высокопоставленный романовский чиновник в 1735 г.
Одним из результатов проведения рассматриваемой государственной политики стало внедрение новой, антитатарской и антиордынской идеологии, которая базировалась на официальной историографии о «татарах – завоевателях и угнетателях», якобы «прибывших в XIII в. из далеких восточных степей и доставивших много зла» - как русским, так и другим народам Евразии.
Соответственно, антитатарская и антиордынская идеология была основой политики правительства Романовых по «изведению татар», и составной, наиболее изощренной частью этой идеологии был «булгаризм», внедряемый также и через высокопоставленных мулл-назначенцев из Духовного управления мусульман, учрежденного романовским правительством во второй половине XVIII века. В соответствии с «булгаризмом» татары, не согласные отказываться от подлинных предков, помнившие свою историю, объявлялись «потомками завоевателей», «чужаками», не имеющими своей Истории и Родины.
В татарском народе издревле были его основой, и так же татарами себя называли, и к тому же неизменно помнили свою подлинную историю и Заветы предков элита татарского народа, ордынские уланы (царевичи), мурзы и бийи (князья), и их товарищи-воины татары-казаки – наиболее просвещенная, сплоченная и активная часть татарского народа. По ним и был нанесен основной идеологический удар «булгаризма», поскольку применение насильственных мер в отношении ордынцев вызвало затяжную войну – «Россия начала воевать с казаками, с астраханцами, сама с собой» (В.О. Ключевский). Так называемые официальными историками «крестьянские и казачьи восстания» - вернее, полномасштабные войны, которые зачастую велись против романовского правительства по всем правилам военного искусства, с массовым применением артиллерии с обеих сторон - полыхали вплоть до второй половины XVIII века.
В итоге романовы-западники, не справившись с татарами-ордынцами и с их соратниками путем насилия, в определенной мере включили их элиту в состав правящего слоя России и признали право татар на исповедание Веры предков - Ислам – а также «на организацию заводов, торговых и иных промыслов». Но, тем не менее, романовское правительство продолжало «изводить» татар путем идеологической войны против них и различными ограничениями и ухищрениями: например «во время Швецкой и Польской войн везде их перед войска в первых рядах на пропажу посылали...» - это тоже из откровений высокопоставленного чиновника романовского правительства.
Антитатарская и антиордынская политика Романовых (которую сменивший их режим большевистской партократии проводил с еще большей интенсивностью), имела печальные последствия – как для татар в первую очередь, так и для страны в целом. Приведу для наглядности один пример. Издревле и до совсем недавнего времени (вплоть до начала XX в.) китайцы, испокон веков весьма культурные (по общераспространенным представлениям), неприятно удивляли наших человечных и свободолюбивых предков своим, мягко выражаясь, весьма своеобразным обычаем: ноги женщины с малого возраста особым образом туго бинтовали, ограничивая их рост и развитие. В результате китаянки с маленькими изуродованными ножками на всю жизнь оказывались пленницами внутренних покоев и не могли покидать дом без сопровождения прислуги и соответственно, без позволения своего мужа (хозяина). Примерно такое же деформирующее и разрушительное воздействие оказала на общественное сознание народов – как татар, так и их земляков по Евразии - идеология эпохи Романо-германского ига и периода партократического режима. И основана была эта идеология на лжеистории о «поганых татарах-ордынцах и их рабах - русских князьях…» - как выражался К. Маркс, изречения которого еще и пару десятков лет назад все были обязаны признавать непреложной истиной - особенно в научных трудах, посвященных изучению истории Отечества от сотворения мира до периода «коммунистического завтра» включительно.
Соответственно, не отказавшись от ограничений в мировоззрении и соответствующих идеологических догм, которые являются следствием романо-германской западнической (антиордынской) идеологии, ни России в целом, ни татарам, в частности, и их тюркским братьям, вряд ли удастся "не отставать от Турции” в упомянутых выше вопросах. Как видим, официальная история (писаная история) может воздействовать на общественное сознание того или иного народа (народов) вполне результативно, и если она сочинена именно для ограничения развития, или "изведения” того или иного этноса (народа), то определенные результаты наступят, если не будет никакого противодействия влиянию этой писаной истории. Поскольку, как известно, официальная история - это элемент государственной идеологии, и особенно значимо, если в этом государстве методом управления длительное время являлась «голая сила принуждения» и широко практиковалось принуждение к обязательному единомыслию («одинаковому мышлению»).
Таким образом, одним из последствий Романо-германской антитатарской и антиордынской политики и стала деформация общественного сознания населения всей страны и изведение до минимума «тюркской» (татарской) составляющей государственной и общественной жизни Российской империи (СССР). Негативные последствия этого испытывает, и еще будет испытывать вся Россия в целом (см. выше) – если не будет принимать должных мер по «возвращению к евразийским традициям». Также испытывает последствия той политики татарский народ в виде всего того негатива, который вам, уважаемые участники Конференции, известен не понаслышке и о котором я упомянул в самом начале данной статьи.
Поэтому, для того чтобы преодолеть последствия антитатарской и антиордынской политики предшествующих политических режимов, в первую очередь, как представляется, необходимо начать с идеологии. Особенно с восстановления подлинной истории Отечества, как основополагающей части «хорошо забытой старой» идеологии общности народов Евразии – идеологии наших предков Ордынцев - которая базировалась на соблюдении человечных и справедливых «евразийских традиций», и которая может и должна стать примером для современности в данном вопросе. Наиболее важным в рассматриваемом случае, несомненно, является восстановление подлинной истории татарского народа, с учетом его весьма малоизвестной (сокрытой) ныне роли созидателя и основного носителя этих традиций, этой идеологии в истории Евразии.
Но, увы, государство в лице чиновников от науки – как федеральных (российских), так и татарских - этим отнюдь не торопится заниматься, поскольку упомянутая выше антитатарская и антиордынская идеология, выраженная в конкретных постулатах, многократно повторенных в научных и научно-популярных трудах на протяжении нескольких веков, весьма живуча и кое-кому еще, возможно, и выгодна.
Я в данном случае весьма далек от мысли обвинять профессиональных историков в злонамеренном следовании застарелым догмам. Среди них многие являются историками по призванию, и в романовскую эпоху, и в период партократии многие отечественные историки добросовестно выявляли и выявляют по крупицам Истину о нашей подлинной истории ценой самоотверженного труда и зачастую в борьбе с бюрократизмом «научного руководства».
Но все же, даже и устанавливая в своих трудах множество отдельных фактов истории, противоречащих официальным догмам, профессиональные историки не имели возможности – да и ныне им весьма затруднительно – пересматривать, а то и просто основательно критиковать постулаты романовской историографии, утвержденные в качестве "непреложной истины" в рамках системы официальной исторической науки. Как верно заметил С. Валянский, незаурядный исследователь истории Отечества: «что-то в истории восстановить можно, если перестать оглядываться на идеологию», «поскольку в рамках официально признанной - читай, работающей в рамках официальной идеологии - исторической науки», увы, восстановить что-либо существенное из подлинной истории Отечества практически невозможно.
В Отечестве нашем никогда не было недостатка в мыслящих людях, способных усомниться в достоверности многих утверждений западнической по сути официальной историографии, и в постсоветский период, с наступлением возможности открыто излагать свое мнение без опасения кары за «инакомыслие», разгорелось публичное обсуждение, начались переоценка и критика многих постулатов романовской историографии – как со стороны независимых историков-исследователей, так и некоторых профессиональных историков.
Появились неплохие труды прогрессивно мыслящих людей России по истории Отечества, наглядно показывающие всю несостоятельность многих и многих постулатов романовской историографии, очерняющих предков россиян, и догмы антитатарской и антиордынской идеологии в данном случае не являются исключением. На наших глазах происходит, в полном смысле слова, слом старых постулатов романовской прозападнической историографии и вполне возможно, что новые взгляды на историю России в скором времени приобретут официальный и общепризнанный статус.
Но понятное дело, что среди независимых историков-исследователей и профессионалов, успешно критикующих романовскую историографию, мало кто обращал должного внимания на «татарскую составляющую» истории Отечества и в целом Евразии – интерес, например, у русских исследователей направлен на выявление Истины именно о предках русских, на воссоздание, скажем так, своей подлинно национальной истории. И если в их трудах и содержится критика «черной легенды» о татарах-ордынцах, то лишь в той мере в основном, в которой это необходимо для разоблачения клеветы на предков русских. Оно и понятно – полагаю к тому же, что мы не можем, хотя бы по моральным соображениям, требовать от русских историков-исследователей целенаправленной, углубленной и масштабной работы по освещению подлинной (и полной) истории татарского народа.
А ведь немалая и неотъемлемая часть романовской историографии России - официальная "история татарского народа”, - изложена именно в целях идеологической поддержки "изведения татар”. И мы до того привыкли к истории, сочиненной нам чужими, что и от слов татарских многих и многих отказались, и от исторических личностей, и от своих прямых предков, и от их идеологии, и в целом от своей подлинной истории, согласившись во многом и существенном с догмами официальной истории Романовых.
Но если объективно и полно рассматривать историю татар, не ограничиваясь рамками романовской «официальной идеологии - исторической науки», то мы можем убедиться, что роль татар, которые уже в раннем средневековье (задолго до "монголо-татарских завоеваний”) были известны всей Евразии своим "величием, могуществом и полным почетом”, была основной и притом весьма положительной во многие решающие периоды истории не только России, но и большинства стран СНГ.
Надлежащее и полное освещение подлинной истории татарского народа, как представляется, необходима татарам, первым делом, для повышения престижа – как самоназвания, так и языка нашего. Мало кому ныне известно, что в XVI-XVII вв. большая часть населения Москвы и Московского царства, не говоря уже о территориях Евразии много восточнее, говорила по-татарски.
Татарский язык был языком казачества (в том числе и русского) вплоть до XVIII века, и многие русские казаки еще и в XIX в. свободно могли говорить на татарском языке.
Это уже история, а вот пример из жизни - в Уфе многие русские, выросшие в одних и тех же дворах с татарами, свободно говорили по-татарски еще и в XX веке. И поныне живут эти люди в Уфе – русские старики, свободно говорящие по-татарски. Секрета никакого – они росли во дворах, где жили потомки тех самых ордынцев-татар, татарских мурз и бийев, и казаков татарских. Татарские дети знали свою подлинную историю, человечные и благородные принципы предков-ордынцев, вели себя соответствующе и делились с другими своими знаниями, полученными ими от старших. Их соседи-земляки убеждались на «живом примере», что на самом деле татары весьма далеки от отрицательного, злобно-карикатурного изображения облика «поганых татар» из романовской историографии и «шедевров литературы и искусства». Многим известно, что массы марийцев и чувашей до совсем недавнего по историческим меркам времени свободно владели татарским языком и не тяготились этим – поскольку знали, кто таковы татары на самом деле, было еще кому это объяснять землякам-соседям.
А сейчас 60% татар не говорят на родном языке, появилась такая категория в нашем народе, как «русскоязычные татары». Объяснение тому одно – отрицательный образ предков, тиражируемый в учебниках, СМИ, кино и телевидении, и в художественной литературе, толкает молодежь к отказу от их самоназвания, языка, стремления познать подлинную историю своего народа. И никакими названиями «булгар», «тюрк» и т.п. заменить нельзя естественное самоназвание народа – распад этноса с потерей языка будет неизбежен. Поэтому-то, именно в целях самосбережения и надлежащего своего развития, многие народы мира давным-давно, и по нескольку раз некоторые, составили, а народы России и стран СНГ ныне составляют свою писаную историю. Некоторые «автохтонные» историки, правда, доходят в своих стараниях и до курьезов. А ведь нам, татарам, как говорил мне один почтенный татарский мурза, «и придумывать ничего не нужно - все в нашей подлинной истории: «величие, могущество и полный почет» - надобно только все это суметь найти и изложить как следует; справедливо, правильно и достоверно, и довести до наших соплеменников и земляков».
Теперь, прояснив кое-что относительно текущей обстановки и сложившихся веками условий, рассмотрим вкратце содержание важнейшего триединого достояния татар, бесценного наследия наших предков – древних и средневековых татар – которое дает нашему народу возможность повторить попытку возрождения. Это наследие, само собой, по указанным выше причинам, во многом и существенном «не поместилось» в официальную историографию России (включая официальную историю татарского народа). Указанное наше достояние составляет неразрывное единство нашего самоназвания «Татар», издревле известного миру, нашего языка, который был языком международного общения на большей части Евразии еще до недавнего, по историческим меркам, времени, и, соответственно, нашей подлинной и полной богатой и славной Истории. Все это в сложившихся в современный период геополитических условиях Евразии может и должно быть использовано для прогресса и возрождения татарского народа, подобного тому, которое было в середине-конце XIX века. Но может оказаться и так, что мы просто «прозеваем» эти возможности, растратив в пустых спорах, «в мышиной возне вокруг якобы важных вопросов» (Р. Хаким), а то и просто в бездействии достояние предков, оставленное нам, и отпущенное нам до «инкыйраза» время.
Отмечу, что основные признаки (свойства) народа (этноса) – это самоназвание и язык, как основные составляющие присущего данному этносу стереотипа поведения и самосознания народа. Именно по этим двум признакам – языку и самоназванию - представители одного и того же этноса узнают друг друга, "отделяя тем самым себя от чужих” (Л.Н. Гумилев), что по-другому еще называется "этнической самоидентификацией”.
Так же несомненно, что основополагающим для самосознания народа является его История [1], и главное - надлежащее знание ее и осознание себя в этой Истории.
Особо замечу – для тех, кто придерживается ошибочного мнения о том, что "нам все равно как называться, главное, сохранить язык”: отказываясь от единого самоназвания, этнос (народ), в принципе перестает существовать как единое целое. Например, татарин, становясь "западным башкиром” или "булгариным”, уже тем самым отделяет себя от татар и внутренне готов "уступить”, вместе с самоназванием своего народа, и остальные его свойства, составляющие в единстве то, что, собственно, и делает определенное сообщество людей народом (этносом). И это ведет постепенно к отказу от своей подлинной истории, от своих подлинных Героев и, как следствие, народ постепенно распадается-делится на множество "ваших” и "наших” этногрупп, при том неизбежно беднеет и в языке – перенимает чужие слова, выбрасывает свои, стесняется своего "бедного и непрестижного” языка, кто-то с готовностью соглашается с охаиванием предков (например: "мы не татары-завоеватели, а булгары”), кто-то просто оказывается не в силах тому противостоять.
Источник: https://tartareurasia.ucoz.com/publ/