Глава 22
Положив трубку, она в волнении направилась наверх, опасаясь только одного, — что вернется Сергей и помешает осуществлению ее плана.
Только когда вызванное ею такси отъехало от дома, Кристина облегченно вздохнула. К счастью, доктор уже ждал ее, сидя за столиком ресторана. Он коротко поздоровался, его взгляд был затравленным, глаза воспалёнными.
— Боюсь, что не смогу уделить вам много времени, — извинился он, заказав ей коктейль. — У меня сегодня очень напряженный график, а жена утром плохо себя чувствовала. Я хотел бы заехать домой перед работой и подбодрить ее.
— Я бы не стала звонить вам, если бы это не было так важно, — снова заверила его Кристина. — Мне кажется, вы единственный, кто может мне помочь. Дело касается Софии…
Она кратко поведала о случившемся. Когда Кристина закончила, наступила долгая пауза, его лицо стало еще более бледным. Он выглядел таким больным, что Кристина почувствовала угрызения совести. Она никогда не думала, что ее слова так подействуют на него.
— Мне хотелось бы уйти отсюда, — внезапно проговорил он. — Вы очень голодны?
Кристина отрицательно покачала головой.
— Вы приехали сюда на своей машине? — спросил он.
Когда Кристина опять покачала головой, он взял ее за руку и вывел из ресторана.
— Мы немного покатаемся.
Он все еще выглядел очень подавленным, и Кристина почувствовала себя виноватой.
— Мне очень жаль, что приходится беспокоить вас, — проговорила она извиняющимся тоном. — Я должна была рассказать о том, что случилось, Сергею, но побоялась, что он сочтет все это глупой фантазией… А потом я узнала, что София не его дочь…
Кристина поспешно прикусила губу, подумав, что выдала секрет, который не был известенДмитрийу, но он медленно произнес:
— Она ведь обещала мне, что не сделает этого.
Его голос звучал тихо и сдавленно, как будто он с трудом выговаривал слова.
Они ехали по извилистой сельской дороге, которую Кристина смутно помнила. Внезапно Хорин свернул к воротам дома и заглушил мотор. Его лицо было все еще бледным и безжизненным. Наконец он повернулся к своей спутнице.
— Иногда я жалею, что бросил курить, — проговорил он, потом взглянул на Кристина. — Вы уверены, что слышали, как София говорит?
— Абсолютно уверена, — твердо— сказала Кристина. — Хотя, похоже, она ничего об этом не помнит.
— Да… я так и думал… Мой приход нанес ей новую травму, вот она и попыталась сбежать. — Он тяжело вздохнул.
— Из-за чего она перестала говорить? — спросила Кристина. — Никто мне не мог сказать об этом…
— Об этом знаю я… и Сергей.
Последовала долгая пауза, во время которой Кристина, затаив дыхание, ждала, что он скажет дальше. Неужели Сергей виновен в болезни Софии ?
— Значит, именно поэтому Сергей считает себя ответственным за девочку? — наконец проговорила она, чтобы прервать томительное молчание. — Он чувствует свою вину?
— Нет… нет. — Голос был полон такой муки, что Кристина испуганно взглянула на него. — Если кто и виноват во всем, то только я.
Это признание привело Кристина в шок, лишив возможности рассуждать здраво. Несколько долгих секунд понадобилось ей, чтобы спросить:
— Вы?.. Но как это возможно?
— Мы с Ириной были любовниками. Кристина буквально лишилась дара речи. Из всех мужчин, с которыми была знакома ее сестра, он казался последним, кого можно было заподозрить в связи с Ириной.
— Но…
Должно быть, все, о чем она думала, отразилось в ее взгляде, потому что его лицо исказила болезненная гримаса.
— Да, я понимаю, какого вы теперь мнения обо мне… Но бывают моменты в жизни, когда мы совершаем поступки, которые потом не в вилах объяснить. Ирина была самая скверная женщина, с которой я когда-либо имел дело. Требовательная, вздорная, эгоистичная, неуравновешенная. Она была полной противоположностью моей жене, и, может быть, это поначалу и привлекло меня. Она казалась такой веселой, жадной до удовольствий… и одновременно одинокой и беззащитной.
Ирина пришла ко мне, когда я замещал ее постоянного врача, уехавшего в отпуск. И попросила прописать ей транквилизаторы. Пожаловалась, что страдает бессонницей. Она выглядела такой худой и изможденной…
Я тогда не понимал, что ее внешний облик был частью плана, который она придумала, чтобы воздействовать на окружающих. Я попался на удочку и решил, что ее муж — эгоистичная скотина. Спустя неделю она позвонила мне и сказала, что ей нужно со мной поговорить. Я согласился потому, что был польщен тем, что такая хорошенькая женщина нуждается в моем обществе.
Мы начали встречаться, обедать вместе, а позднее… посещать ваш дом. Никогда не забуду, как мы занимались с ней любовью в первый раз. Ирина пришла в крайнее возбуждение. Она все время смеялась, почти ликовала… Вскоре я почувствовал, что с ней не все в порядке, но закрывал глаза, потому что был уже сильно увлечен ею. Я не видел того, что было очевидно, — она безнадежно больна. Мы продолжали встречаться, и в один прекрасный день Ирина заявила, что хочет, чтобы я развелся и женился на ней. Я сказал ей, что это невозможно. Не смотря на мои чувства к ней, я не мог оставить Элеонору.