Жаря утром румяные блинчики на раскаленной сковородке, поминутно посматриваю в окно. Солнце уже встало, но сплошные серые облака не дают пробиться лучам света. И все-таки особо настойчивые находят прорехи, освещают сугробы и забор перед кухонным окном, и тогда зимний пейзаж совершенно преображается. Возникает желание всё бросить, схватить полуразряженный телефон и бежать на улицу, ловить солнечное настроение. Но блины сами себя не пожарят. Сначала завтрак, а потом уже фотографии. Поставив на стол дымящуюся стопку блинов, говорю, что я на минуточку, и бегом на улицу. Собака, само-собой, с радостным лаем бежит впереди меня. Всю ночь шел снег, дорожки скрылись под толстым пушистым покрывалом. Маленькие лапки оставляют на снегу затейливый узор. Я же прокладываю путь лопатой, чтобы не утаптывать свежий снег. Успеваю расстроится, что солнце опять в дымке, как вдруг картина совершенно меняется. Зазолотились веточки с намерзшими льдинками, выделяя силуэты деревьев, заискрился, засиял снег!