Как и обещал Джо Байден, американцы ответили на гибель своих солдат в Иордании. Авиация США нанесла удары по 85 целям в Сирии и Ираке. По сообщениям из Вашингтона, этими целями были штабы командования и управления, разведывательные центры, склады дронов и ракет, принадлежащие проиранским формированиям или силам «Кудс» (спецназ КСИР, работающий за пределами Ирана). Этим объектам, разумеется, был нанесён ущерб, но людские потери противника невелики: от 13 или 20 погибших и несколько десятков раненых.
Главный вопрос – каковы будут последствия этих ударов. Людские потери иракских «хезболлахов» нисколько не пугают – наоборот, они повышают авторитет этих группировок среди радикализированных арабов. ХАМАС потерял в войне с Израилем много тысяч боевиков, но уцелевшие продолжают воевать с не меньшим упорством, и молодёжь из Газы пополняет их ряды. Не заметно и падение популярности ХАМАСа среди населения, несмотря на разрушения и жертвы. И такая ситуация – при гибели тысяч и разрушении более половины жилого фонда в Газе; нечего и говорить, что гибель полутора десятков боевиков в Ираке и Сирии не имеет никакого значения.
Потеря дронов и ракет тоже не так важна: Иран поставит их в любое время и в любых количествах, учитывая, что граница Ирана с Ираком открыта. Это очень напоминает американо-британские удары по хуситским ракетным установкам и складам в Йемене: военные отчитываются об успешном поражении целей, хуситы ещё более рьяно обстреливают суда в Красном море.
Фактически можно говорить, что удары по проиранским силам в Сирии и Ираке – это расширение операции против хуситов. И то, и другое – война с иранскими прокси, с минимальным военным и с отрицательным политическим результатом.
Неправильно считать, что эти прокси – какие-нибудь отряды, сформированные иранцами, живущие на иранские деньги и слепо исполняющие приказы из Тегерана. Все они имеют собственную историю, выросли на местной почве, и обладают собственными амбициями. Для них война с США – это выход на новый, международный уровень; это мировое признание. Одно дело, когда иракские «хезболлахи» штурмовали Алеппо: они были всего лишь одними из воюющих сил, наравне с сирийцами, иранцами ливанцами и российской авиацией. В Ираке, воюя с ИГИЛ, они тоже были мало заметны: операцией формально руководил генштаб иракской армии, фактически – американцы, ударной силой были курды, а они – так, одни из. А тут – сам президент США объявляет им войну! Да для них это просто счастье.
И хуситы – примерно то же самое, хотя и в несколько увеличенном масштабе. Когда они годами дрались в горах с правительственной армией, в мире о них никто не знал. И в арабском мире – кто знал о хуситах? А если и знали, то относились к ним с презрением: какие-то дикие горцы, да ещё еретики-зейдиты… Сейчас же о них с восторгом говорят на улицах Каира, Багдада и Аль-Джазаира. Это дорогого стоит.
Когда хуситы взяли столицу, и на них набросились армии Саудовской Аравии, ОАЭ и Египта, они получили мировую известность. Но когда против них была объявлена международная коалиция, и в Красное море вошли огромные силы западных флотов – это уже не просто известность, это признание. И они, упоённые славой, будут долбить по кораблям хоть камнями из рогаток – лишь бы их не забыли, лишь бы не кануть в безвестность в своих пыльных, никому не интересных горах.
Наверняка доволен и Иран. Ещё до ударов стало известно о выводе иранских подразделений, включая «Кудс», из Сирии и Ирака, так что ущерб этому подразделению, если и был нанесён, то совсем незначительный. Зато в Тегеране окончательно убедились, что американцы не хотят воевать. Иранцы могут и дальше спокойно переправлять ракеты и дроны в Йемен, Ирак и Сирию, и повышать свой авторитет в исламском мире.
Не надо думать, что в США всего этого не понимают. Бывший советник Пентагона Мик Малрой сказал ВВС, что конечная выгода этих ударов заключалась бы в том, чтобы «избежать прямой войны» между США и Ираном. «Хотя это, скорее всего, не станет сдерживающим фактором для будущих атак», - честно отметил он.
Брэдли Боуман, старший директор вашингтонского Центра военной и политической силы, говорит, что такой подход «принесёт боль нашим противникам, чтобы они прекратили атаковать наши силы, но не настолько, чтобы они почувствовали необходимость массовой эскалации и тем самым избежали региональной войны».
Нет, г-н Боуман – не «принесёт боль», а только раззадорит. И как раз подвигнет их начать эскалацию – если на это хватит дронов и ракет.
«Пусть все те, кто может попытаться причинить нам вред, знают следующее: если вы причините вред американцу, мы ответим», - сказал президент Джо Байден.
Т.е. американский удар – не более чем месть. Это повторение операции «Каньон Эльдорадо» 1986-го – атаки американских ВВС по Ливии в ответ на взрыв на дискотеке в Западном Берлине, устроенном ливийскими агентами, в результате которого погибли двое американских солдат. Тогда американские ракеты поразили один из дворцов Муаммара Каддафи, полтора десятка самолётов и несколько радаров. Американскому нарду продемонстрировали ровно то, что сейчас говорит Байден – «если вы причините вред американцу, мы ответим». Чем тогда всё кончилось? Да ничем. Ливия закупила в СССР новые самолёты и радары, и принялась за старое: в 1988-м ливийский агент заложил бомбу в самолёт, взорвавшийся над Локкерби. «Каньон Эльдорадо» не привёл ни к чему, кроме морального удовлетворения американцев.
Сейчас ситуация совершенно другая. Военные действия в Красном море, Сирии и Ираке – это круги, расходящиеся от охваченного войной сектора Газа. Война в Газе перерастает в региональную, хотя этого не желают ни США, ни Иран. Война развивается по собственной логике. Проиранские силы на Ближнем и Среднем Востоке – основные интересанты расширения и эскалации войны, причём ими движут как местные интересы (хуситы хотят установить контроль над всем Йеменом, и поставить на колени Саудовскую Аравию; иракская «Хезболла» - усилить своё влияние в Ираке и Сирии; ливанская – укрепить контроль над Ливаном). Плюс, как упомянуто выше, огромную роль для них играет пропагандистская составляющая.
Поэтому можно сделать вывод: американские удары но проиранским силам (кто-то метко назвал их «комариной войной») приведёт к результату, обратному ожидаемому. Антиамериканские силы в регионе только активизируются, а пролитая кровь их ещё больше раззадорит.