Уставший пожилой человек, который смотрит на нас с этой старинной фотографии, сегодня известен, наверное, каждому читателю нашей страны. Его называют «писателем всего Урала», сказителем, фольклористом, ведь это Павел Петрович Бажов. Глядя на это изображение, невольно представляешь себе старичка-лингвиста, потомственного интеллигента девятнадцатого века, неторопливым шагом обходящего село за селом, прииск за прииском, аккуратно записывающего все услышанное в потертый блокнот. А на самом деле, все складывалось иначе — тот самый случай, когда сложившиеся стереотипы играют с нами злую шутку.
Начнем с того, что в его родословной не было состоятельных родителей-интеллигентов, отец служил на заводе, пил горькую, за что время от времени изгонялся с работы. По сохранившимся легендам, как-то раз Павел зашел в библиотеку земской школы, получил на руки томик стихов Пушкина и наказ: пока все не выучишь, новой книги не получишь. И через некоторое время библиотекарь и учитель с удивлением слушали пушкинские строки из уст школяра. Так Павел Бажов получил направление в духовное училище, а затем, по окончании его, и в духовную семинарию. Бажов был в одном шаге от поступления в духовную академию и принятия сана. Но… первый резкий поворот в его жизни: от академии он отказался, потому что не чувствовал себя достаточно религиозным, чтобы занимать чье-то место. Умер отец, надо было помогать семье, и Бажов пошел в учителя, преподавать словесность в епархиальном духовном училище для девочек.
От семинарии — в революцию! Бажову двадцать лет, его душа стремится к совершенству этого мира, а совершенство виделось в том самом: «Весь мир насилья мы разрушим до основания, а затем…». Павел Петрович вступает в партию эссеров и в профсоюзы, активно участвует в революционной борьбе, с восторгом приветствует революцию 1917 года. Ему уже почти сорок, но искренняя вера в то, что светлое будущее возможно, приводит его в партию большевиков и далее — в партизанский отряд.
30-е годы. В Сибири укрепляется Советская власть. Казалось бы, вот она, спокойная жизнь. Но нет. Бажов дважды попадает под репрессии. Предает партия, которой он отдал столько лет, сил и здоровья. Предают прежние друзья. Но и тогда Павел Петрович остается верен своим внутренним убеждениям. Работает в газете, пишет заметки и очерки, которые теперь можно найти разве что в библиотечных архивах. Работает в отделе писем одной из екатеринбургских газет…
Подождите, прервете вы. А где же те самые сказы, где «Малахитовая шкатулка» и «Хозяйка Медной горы»? Эти сказы появились на свет в 1936 году, а из печати «Малахитовая шкатулка» вышла в 1939 году. И в этот момент родился еще один Павел Бажов — не пламенный революционер, не общественный деятель, а тот, которого мы знаем, — сказитель, собиратель фольклора, воспевший красоту и богатство Урала.
Существует много слухов, сплетен и легенд о том, что легло в основу бажовских сказов. То ли рассказывал ему в детские годы дед по прозванию Слышко, то ли сам он записывал во время творческих командировок в конце 20-х годов. То ли вообще все эти тексты рождены воображением писателя. Наверное, важно другое. В сказах Бажова рождается тот самый справедливый мир, о котором мечтал писатель. Мир, в котором награждается любовь, верность, талант и бескорыстие. А зло, сребролюбие и подлость будут наказаны.
Они живые, герои этих сказов, они любят, ревнуют, тоскуют и прощают. Перечитайте «Хозяйку Медной горы» — и за напевными строками с характерным уральским акцентом вы услышите трагические, но светлые истории, истории для взрослых. А для детей, безусловно, это «Серебряное копытце» — незамысловатая, но такая теплая и душевная история о том, что чудо возможно для всех, кто в эти чудеса способен верить. Главное, чтобы сердце было светлое, а руки не жадные…