Проснулся я опять в гостиной. Кот просто орал от возмущения, за котом стоял традиционный стакан с водой и аспирин.
К моему удивлению, чувствовал себя отлично. Накормив кота, смел из холодильника все что мог. Только молоко меня не привлекло, я даже почувствовал отвращение к нему. Недолго думая, выкинул его и заодно сметану, сыр и йогурты.
В ванне боковым зрением, выходя из душевой, заметил что-то странное в своем отражении. Подойдя к зеркалу и расстраивая себя подробно, ничего не нашел.
-Показалось! -решил я.
Голод меня не оставлял, холодильник был пуст, овощи меня не привлекли, доставки, понятное дело, за город не было. Одевшись, взялся за телефон вызвать такси. С улицы послышался знакомый клаксон, посмотрев в домофон понял, что не ошибся!
-Как ты угадала? – удивленно спросил.
-Я не угадывала, я знала! – сказала Ветта и показала на кольцо.
-Проголодался? Я тоже! – и, улыбнувшись, рванула в город.
Проехав по пешеходной улице, мы остановились возле итальянской траттории, запарковали машину на тротуаре. Ветта села возле окна, чтобы видеть посетителей.
Я заказал стейк с минимальной прожаркой, барышня кофе. Ветта рассматривала посетителей, я глазел на улицу.
Принесли кофе. Ветта смотрела на кого-то не отрываясь. Обернувшись, я никого интересного не заметил. Принесли стейк, я почувствовал звериный голод, и взялся за приборы.
-Она! – указала барышня острым ногтем.
Повернувшись, я не поверил своим глазам, Ветта указывала на старушку. Удивленный я повернулся к барышне.
-Старушка?
-Немедленно выполняй! – сказала Ветта.
Кольцо больно сжало палей, а клыки впились в кожу. От неожиданности я выронил приборы. Лицо Ветты исказилось в гримасе злости и гнева, зрачки были красные, лицо вытянулось и больше походило на змеиное.
Вскочив от боли, я направился к старушке.
-Вы не против, если я к вам присяду? – спросил я вежливо.
Старушка, подняв на меня голову, поправила очки и растерянно огляделась, не веря, что обращаются к ней.
-Конечно, сынок, если тебя не покоробит моя старость! – сказала бабушка и на морщинистых шеках заиграл румянец.
Присев, я посмотрел в сторону Ветты, она сидела с надменным и суровым лицом.
Полистав меню, обратился к старушке.
-Как вы думаете, что мне лучше взять?
-Если вы поесть, то я вам не помощник, я суда сладости прихожу есть, – сказала она, мило улыбаясь.
-Я тоже не поесть, к пяти приглашен к родителям, а там бабуля будет не довольна, если я не буду есть ее блюда.
-Тогда возьмите штрудель и к нему цветочный чай. Штрудель прогорит быстро, а чай — это водичка, -засмеялась соседка по столу.
Я заказал два штруделя и чайник чая, штрудель подавался с мороженым, соседка сразу переложила мороженное мне.
-Диабет! – пояснила она.
Разлив чай по кружкам и попробовав штрудель, я поднял довольные глаза на соседку.
-Вкусно!
-Давно меня молодые люди не угощали сладким! – сказала бабулька. -Старые никому не интересны!
— Это вы зря, я сразу решил к вам подсесть, у вас такая пикантная шляпка.
Неожиданно для себя я вспомнил Андрея Миронова и пропел песню о шляпке.
Бабулька покрылась румянцем и стала кокетливо играть глазами. Понял, что я нашел ключ к сердцу женщины, и сыпал комплименты. Вспомнились стихи из школьной программы, и мы заказали второй чайник. Дама кокетничала: нежно трогала мои руки, поправляла кудри из-под шляпки, проверяла макияж. Я поцеловал ее руки и признался, что давно не встречал такой хорошей собеседницы. Дама кокетливо опустила глаза.
-Тебе пора домой котик! – услышал я за спиной голос Ветты.
Обернувшись, я увидел Ветту в кожаных легинсах, и короткой куртке косухе. Ветта села ко мне на колени и начал неприлично целовать меня, взяв за подбородок. Я почувствовал прилив мужественности, Ветта отметила это.
Открыв глаза, я увидел, что старушка бледнее на глазах. Ветта крепко держала меня за подбородок с нечеловеческой силой, и только когда мы услышали звук падающей чашки, отпустила.
Поднявшись с меня, Ветта посмотрела старушки в глаза и скомандовала.
-Пошли!
Рванув, как всегда, с места и распугивая прохожих, счастливая Ветта гнала машину по встречке.
-Кайф!- кричала она.
Вдруг остановившись, она опять схватила меня за подбородок и поцеловала в губы вновь.
-Ты достоен награды, -сказала она и достала тяжелую серебряную цепь и надела мне на шею.
Я почувствовал вновь странный вкус. Она улыбнулась.
-Теперь наши узы не разорвать! – сказала она и рванула.
Цепь была тяжелой и неуютной, складывалось впечатление что на ней что-то весит, она давила на шею и впивалась гранями, я поправил ее, на что Ветта фыркнула.