Автор Сергей Солодовник
Прямо под наш евразийский Старый Новый Год прочитал новость про военный баланс в Центральной Азии. «Обзор в честь 32-й годовщины образования Вооружённых Сил и Дня защитников Родины». Главное — чтобы зимой, но не близко к 23 февраля.
Обзор сил за 2023 год
«Недавно рейтинг сильнейших армий PowerIndex обновил данные. Кажется, что Узбекистану здесь радоваться особо нечему, ведь по версии за 2023 год, страна опустилась с 62-й позиции на 65-ю. Вместо неё в лидеры по Центральной Азии вырвался Казахстан, впервые заняв 58-е место». Ой, кто там воевать друг с другом собрался? А, нет, президенты и генералы вменяемые. Это международный рейтинг пургу нагоняет…
«Страны Центральной Азии расположились в рейтинге так: на 83-ей строчке — Туркменистан, на 100-й — Кыргызстан, на 107-й — Таджикистан». А правда, составители рейтинга получили доступ к туркменистанским арсеналам? Джеймс Бонд отдыхает… Он не смог бы.
«Важно понимать, что Узбекистан не ухудшил свои обороноспособные показатели. Они остались столь же высокими. Просто Казахстан улучшил несколько позиций, и мы рады за соседей».
Вот на этой торжественной ноте — прервём цитирование. Тем более, что дальше — пересказ про производство разных бронетранспортёров. Продолжим через сценарии. Собственно, именно через них, родимых, и требуется баланс мерять.
А иначе – это детский сад и арифметика на лямках.
Реалистичные сценарии
Армия — инструмент для решения разнообразных вопросов, для некоторых — таких, как внешняя агрессия — этот инструмент заточен лучше всего. А вот для внутренних конфликтов, для обеспечения стабильности в обществе, — значительно хуже.
Это понятно. Так же очевидно, что для национальных интересов стран Центральной Азии на ближайшее десятилетие вызовы будут находиться внутри. Выстроим наиболее вероятные вызовы для стабильности стран региона и оценим роль классически-традиционно оснащённой армии.
На первом месте по степени вероятности наступления событий поместим массовые насильственные действия. Они ведут либо к перевороту, либо к радикальной смене режима. Например, к учреждению ваххабитского эмирата.
Насколько армия полезна при таком сценарии? К действиям в городах военные не обучены и не оснащены. Привлекать их будут только после того, как полиция — внутренние войска — нацгвардия — силы безопасности оказались неэффективными. Либо перешли на сторону восставших.
На втором месте — гражданская война: регион на регион либо сепаратисты против центра. Образец — Таджикистан в 1990-е годы.
При таком сценарии армия может стать неплохим инструментом в полевых действиях, по изоляции мятежников от лояльных регионов. Но только при одной условии: если комплектование бригад и полков не было выстроено по территориальному признаку.
Привести пример? Бригада, набранная из кулябцев и размещённая в Кулябе, скорее всего выступит на стороне кулябских повстанцев или сепаратистов. Бригада в Оше, набранная из южан, с высокой степенью вероятности поддержит сепаратистов или мятежников юга Кыргызстана.
Вывод будет кратким. При этих двух, к сожалению, весьма реалистичных сценариях, армии стран региона будут либо бесполезными, либо опасными для сохранения власти.
И совершенно неважно, сколько килограмм тротила каждая из них может запустить в воздух в течение минуты…
Менее реалистичные сценарии
После беглого рассмотрения самых вероятностных сценариев, когда и какая армия понадобится руководству стран Центральной Азии, перейдём к сценариям применения армий, для выстраивания рейтинга.
И начнём с парадокса. Все аналитики региона — местные, и не очень — на первое место всегда ставят переход границы. Значительной — до батальона или бригады внешних агрессоров, ну, или прогрессоров — для установления правильного режима. Либо очень сильно демократического, либо окончательно радикального и фундаментального.
В чём парадокс? В том, что за последние более чем двадцать лет на совместных учениях отрабатывался именно этот сценарий. И в рамках ОДКБ, куда РУз не входит. И в рамках ШОС, куда входят все. И посему — сценарий Баткенских событий с 2001 года до сих пор не реализовывался.
Если армии региона готовы — бармалеи берут паузу
Очень радостно, что к этому сценарию вооружённые силы стран региона не только подготовились. Но и дали об этом знать ИГИЛовцам и прочим внешним супостатам.
Были за последние годы тревоги военного характера? Да, сто-пятьсот раз. Были крупные войсковые операции по отражению бармалеев через речку? Да, на подготовительном уровне. Наркотрафик и прочие активности до взвода — не в счёт.
И ещё. Вот цитата из первоисточника: «Все страны, с которыми Узбекистан проводит совместные учения в рамках ШОС, заняли лидирующие позиции в рейтинге. Россия на 2-м месте, Китай — на 3-м, Индия — на 4-м. Очень хорошо, что мы тренируемся с лучшими».
Ну есть досада, этот же рейтинг естественно присвоил первое место US Army. Вот и нету пока совместных учений с морскими котиками, пляжными леопардами и политкорректными лемурами… Печаль.
Сценарий «страна на страну»
Ну вот и добрались до классического использования армий. Межгосударственный конфликт называется.
Какие у нас прецеденты? Из последних лет — целая подборка конфликтов между Таджикистаном и Кыргызстаном по спорным территориям в Ферганской долине. Высший уровень ожесточённости достигнут совсем недавно, в сентябре 2022 года. Обстрелы из РСЗО Град по окраинам Баткена, Кыргызстан, и местному аэропорту со стороны Таджикистана.
Что обычно срабатывало в качестве взрывателя обстановки? Да классическая система эскалации. И каждый раз начиналась с местных жителей — живущих черезполосицу кыргызов и таджиков. Кто-то косо посмотрел. Или не дали машине с иностранными номерами проехать. Камни брошены, охотничьи ружья расчехлены. Менты с обеих сторон постреляли в сторону обидчиков, подключились погранцы. А эти уже запрашивают тяжёлую артиллерию и поддержку с воздуха у армейцев.
Почему столь «успешно» проходили обе стороны по ступеням эскалации? Дело в том, что у армейцев с обеих сторон уже воспитан высокий уровень неприятия «чужого». И повышенная боеготовность на условный крик «наших бьют».
Вот в этом случае есть основания признать, что военный баланс между Кыргызстаном и Таджикистаном сложился. И на основе этого баланса пограничные вопросы решают с двух сторон главные по безопасности своих стран.
Благодаря позиционному и военному тупику, дело делимитации границ движется. Кто главные миротворцы? Председатель Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) Таджикистана Саймумин Ятимов и его кыргызский коллега Камчыбек Ташиев.
Почему этим занимаются отнюдь не мидовские чиновники? Очень надеюсь, что главные безопасники вырабатывают такой комплекс мер, чтобы эскалационная цепочка в будущем не развёртывалась от действий мирных граждан с разными паспортами.
Блаженны миротворцы! Терпения и стойкости.