Что, если не Творец создал воображение, а воображение — Творца, ведь в таком случае человек — лишь жертва своих собственных иллюзий?
(с) Ангел Западного Окна, Густав Майринк
О творчестве австрийского гения и прародителя черного романтизма Густава Майринка, пожалуй, слышал любой уважающий себя богемист. Высокий мужчина с тяжелым взглядом, чью фигуру нередко можно было увидеть у Пороховой башни Карлова Моста. Он долго ходит по городу в дождливые дни, обходит кругами башню Эдварда Келли и почти всегда заканчивает свой путь на Златой Улочке перед дверями дома "У Последнего Фонаря". Позже этот таинственный и неразговорчивый мужчина напишет роман "Невидимая Прага" о мистическом портале в параллельные миры прямо на этой улице. Так чем же был примечателен этот воистину удивительный писатель и как ему удалось затронуть сам Ватикан своими работами?
О Становлении и Жизненном пути
Мистицизм и дымка странной депрессии витали вокруг Густава с самого рождения - как минимум, он родился в один день с Эдгаром Алланом По. Правда, на 60 лет позже. Его отцом являлся популярный на тот момент государственный деятель Фридрих Карл Готлиб Варнбюлер, а матерью актриса театральной труппы - Мария Вильгельмина Адельхайд Майер. Они познакомились по случайности во время прибытия труппы в Штутгарт. В Королевском театре (Königliches Hoftheater) театральный сезон продлился около двух лет, с 1865 до 1867 года. Однако, актрисе пришлось немного раньше сбежать из объятий так понравившегося города - как раз из-за беременности Густавом. Мальчик родился вне брака, в Вене. Родная сестра Марии Вельгелмины, Луиза, на тот момент считалась восходящей звездой оперы - именно это и помогло обеспечить все финансовые трудности во время незапланированной беременности. 19 января 1868 года в отеле "У Синего Козла" на свет и появился главный герой этого рассказа - Густав Мейер.
О своем детстве Густав вспоминал без особой теплоты и старался всяческими способами избегать эту тему. В автобиографическом рассказе "Лоцман" он отдает предпочтение годам своего взросления и молодости в Пражской торговой академии. Она была холодной, порой забывала мое имя и делала вид, что мы незнакомы. - именно таким односложным предложением он описывает свои отношения с матерью. При всем игнорировании и непоколебимости детство писателя откликается и более яркими красками: вместе с материнской театральной труппой они гастролируют в Вене, Мюнхене, Праге и даже Санкт-Петербурге. Из всех городов именно Прагу будущий писатель рассматривает как собственный дом. В возрасте 15 лет он поступает в Пражскую гимназию.
Свой путь в мире оккультизма и каббалистики Густав находит в возрасте 24 лет. До этого времени он отличался исключительно спокойным, крайне невзрачным характером. Среди иных студентов Пражской торговой академии не заводил близких знакомств, многие преподаватели отличали его исключительно по лицу - "вероятно, еврейского происхождения". Вопреки слухам и статьям первой половины двадцатого века, евреев в семье Густава не наблюдалось. Истощенный постоянными неудачами в любовных делах, юноша готовится к самоубийству. Написал прощальное письмо матери - "которое, вероятно, никогда не дошло бы до ее рук", приставил курок к виску, и тут что-то зашуршало за дверью. Незнакомец представился лоцманом в шапке-неведимке, что-то подсунул под дверь и сбежал. Это что-то оказалось книгой "Жизнь после смерти". Тонкий философо-религиозный трактат, вобравший в себя веяния теософии и каббалы. Густав опускает курок и обещает себе более никогда не верить в случайности.
Ангел Западного Окна и Алхимические пристрастия
"Уж не повторится ли со мной, потомком Джона Ди, история доктора Фауста? Что, если, приняв тронутое тленом наследство покойного кузена Роджера, я угодил в сферы, где властвует древнее колдовство?"
В своих двух самых популярных романах "Голем" и "Ангел Западного Окна" Мейринк предпочитает больше рассуждать о связи жизни и смерти через призму всего того, что его окружает. На волне своего увлечения оккультными науками Востока, писатель бесконечно пытается уловить невидимые нити, пронизывающие город. Как он писал ранее в любительских статьях, именно в Праге он оказался неслучайно. Идею этой неслучайности Густав проносит за собой до конца жизни. Главную мысль подчерпывает от учений своего кумира - некроманта и алхимика Джона Ди. Средневековый мистик был привязан к городу старой городской легендой, которую подробно описал в своих работах на енохианском языке.
Стоило лишь отвернутся - и слышались их перешептывания. Неразборчивые, тихие. Они даровали нам черное зеркало - проводник в их мир, но его тайна мне так и не смогла открыться. Лишь Эдварду, этому странному сумасшедшему, что таскается за мной повсюду, ангелы подарили свои знания.
Джон Ди выступает крайне противоречивой фигурой в политической истории. Будучи талантливым астрономом и космологом, он изучает оккультные науки и каббалистику. Его цель - познать цель мироздания и мироустройства изнутри, чтобы узрить самого Бога. В 16 веке он владел алхимической лабороторией наверху Пороховой Башни, что раскинулась у Собора Франциска Асисского. В окне, что выходит на Карлов Мост, на закате он видел силуэт архангела Габриила, что при помощи Эдварда Келли поведывал историю о сотворении мира и движении звезд. Эта история заманила Густава Мейринка своей сюрреалистичносью. На протяжении последних лет жизни писатель вспоминает свои прогулки по Праге, пытаясь восстановить в памяти все детали. Действие романа происходит в Вене, где главный герой, потомок алхимика Джона Ди, задается тем же вопросом "Что есть мироздание? Что стоит в начале всех начал?".
Гремуары Джона Ди подарили писателю-каббалисту заинтересованность в существовании других миров. Здесь, в Праге, линии пересекаются так, что дыры в параллельные миры появляются повсюду. Такой "дырой" Мейринк видел старый дом "У Последнего Фонаря" на Златой Улочке. Он приходил в это место каждый раз, когда звездные тела образовывали мистические знамения - солнцестояния, полнолуние, новолуние. По историям, описанным в одной из ранних новелл, во время густого тумана здесь появляется белый дом, который является порогом в другой мир. В надежде увидеть этот самый дом Мейринк прожил около двадцати лет, после чего решил покинуть такой полюбившийся ему город.
Легенда о Големе
"Чувствовать буквы и читать их не только глазами, создать в себе истолкователя немого языка человеческих инстинктов - вот ключ к тому, что-бы ясным языком говорить с самим собою."
Единственным и наиболее популярным magnum opus среди произведений Мейринка принято считать роман "Голем", основанный на пражской сказке для детей. После обвинения в махинациях с деньгами путем спиритизма путь в банковское дело закрылся. Ранимый на случаи и действия Густав считает это знаком судьбы - поэтому решает окунуться в писательство с головой. Принято считать, что историю о Големе он считает отправной точкой искусства некромантии. На момент начала двадцатого века, Мейринк является членом Ордена Золотой Зари. Небольшая ложа, отдающая свое предпочтение изучению оккультизма, спиритических знаний и теософии. Среди многочисленных учений ложы особым почетом пользовались апокрифические книги Библии и старые иудейские писания. Так как история о Големе берет свое начало из иудейской магии, нетяжело провести параллель.
История во многом опирается на истории о Големе — персонаже еврейской мифологии, существо, оживлённое каббалистами (магами, постигающими тайны высших миров) с помощью тайных знаний, наподобие Адама, которого Бог создал из глины. Исполнив своё задание, Голем превращается в прах, при этом Голем будто бы возрождается к новой жизни каждые 33 года.
Мейринка не столько волнует путь воплощения Голема, сколько путь его познания. Начало мужского и женского из одного целого, видение Бога и размышления о чудесах Иисуса привели самый популярный роман писателя в список запрещенных Ватиканом книг. Позднее, "Голем" будет рассматриваться как подробная инструкция в искусство некромантии и будет включена в оккультную Библию Алистера Кроули.
Литературные исследователи двадцатого века называют Густава Мейринка престранным феноменом. Двухструктурное построение его книг, где одна часть всегда наполнена событиями реальности, а вторая - духовностью и рефлексией, станет основой для "Мастера и Маргариты" Михаила Булгакова. Его писательство между строк по итогу до сих пор разбирают критики и литераторы, а для жителей Праги он так и останется загадочным мужчиной в плаще, что в густые туманы приходит к воротам Пражского града.