За всех не скажу, конечно. Но некоторые наши соотечественники явно духом ослабли. Непохожи больше на стойкую Настеньку, которая на все Морозкины провокации знай одно твердила: тепло мне, дедушка, жарко даже, аж взопрела вся… Скорее, избалованной Марфушке уподобились: ты чего, козел старый, беспределишь? я ж щас совсем дуба дам!
Словно не россияне мы, а иноземцы какие, умеренным климатом изнеженные. Словно это нас теплый Гольфстрим испокон холил и лелеял. Словно не мы – «ребята семидесятой широты». Или пятидесятой хотя бы.
Генералы Зима и Мороз всегда были нашими верными корешами в борьбе с ворогом. Ермак Тимофеевич в минус семьдесят Сибирь воевал. Слюна на лету замерзала и острыми льдинками кровянила наглые рожи сибирских ханов, в которые победоносно плевал бравый атаман (родом из нашей станицы Качалинской, между прочим). А возвернись он несолоно хлебавши к царю-батюшке и объясни провал кампании лютыми морозами – вот хохма была бы. Потребовали бы солдаты Сталинграда теплых сортиров на Мамаевом в холодную зиму 43-го – вот был бы номер. И что бы было с Родиной и с нами, если бы два века назад старостиха Василиса околевала так же, как Бонапартовы вояки?
Померзшие карикатурные мусью в кинобайках про 1812-й, закоченевшие жалкие фрицы в документальной хронике Великой Отечественной – ну смех один. Плюс законное чувство собственного превосходства: знай нашу зиму-матушку, тать, и знай наших, которым колотун только в радость. Мороз и солнце – значит, день чудесный, хорош дрыхнуть, не велеть ли в санки кобылку резвую запрячь? Или помчаться на оленях утром ранним и отчаянно ворваться прямо в снежную зарю. Зима – стало быть, крестьянин торжествует, а шалуну с замороженным пальчиком не столько больно, сколько смешно. Не зря мы гордо распевали: «Нам не страшен ни вал девятый, ни холод вечной мерзлоты!» и «Рисует узоры мороз на оконном стекле,/ А нашим мальчишкам сидеть не по нраву в тепле!»
А что сегодня? Даже волгоградцы (потомки Ермака!) не хотят радоваться проказам матушки-зимы. Ну ладно, отопление сбойнуло, так ведь русским же языком им доложили, как когда-то тов. Маяковский тов. Ленину: работа адовая будет сделана и делается уже. Нельзя потерпеть недельку-другую, что ли? В других регионах тоже ропщут: мол, в морозы остались без обогрева, ратуйте, люди добрые!..
Это ж просто стыдно: нашу обычную зиму преподносят как «аномальную», национальная гордость стала национальным бедствием. Заполонившие СМИ щелкоперы-декадентишки не устают сладострастно сообщать, где и как потоптал россиян их любимый мороз-воевода.
Не надо так, граждане, хватит уже истерить. Вспомните наших морозоустойчивых предков и хотя бы из уважения к их памяти стучите зубами потише. Или берите пример с меня: положим, мне в минус двадцать тоже не очень-то жарко, но я греюсь ликующими реляциями о том, что германцев, чухонцев и всяких прочих шведов без нашего газа вообще ждет неминучая погибель от холода.
Жалко этих убогих, люди все-таки. Но не приспособленные они к стуже, что ж тут поделаешь.
Читайте колонку Михаила Бека на сайте издания «Волжская правда».