Есть одна история, которая меня невероятно бесит. Ну ладно, их много, но эта - одна из них. Много месяцев мы слышим от Медведева (поручили позориться ему), что Россия невероятными темпами набирает добровольцев на войну. Аж 400 000 уже набрали за неполный год. И тут даже у тех, кто, вроде, понял за 2 года, что нельзя верить словам российских чиновников, военных, власти в целом, куда-то испаряется критическое мышление, и они начинают воспринимать эти цифры всерьез. Причём каждый по своим причинам. Для какого-нибудь эмигранта это повод закатить глаза и сказать: «Вот, посмотрите! Они толпами идут в военкоматы!» И обречённо констатировать, что мир обречён. Кто-то наоборот может сказать: «Вот! Посмотрите! Их уже так много, а они всё равно не могут пойти вперёд и завоевать Украину! Такая вот российская армия никудышная». Ну, а желание официальных лиц РФ тоже понятно: успокоить народ, что мобилизации больше не будет, и показать Западу, мол, смотрите, мы кучу людей можем под ружьё поставить, д
Есть одна история, которая меня невероятно бесит. Ну ладно, их много, но эта - одна из них. Много месяцев мы слышим от Медведева (поручили позориться ему), что Россия невероятными темпами набирает добровольцев на войну. Аж 400 000 уже набрали за неполный год. И тут даже у тех, кто, вроде, понял за 2 года, что нельзя верить словам российских чиновников, военных, власти в целом, куда-то испаряется критическое мышление, и они начинают воспринимать эти цифры всерьез. Причём каждый по своим причинам. Для какого-нибудь эмигранта это повод закатить глаза и сказать: «Вот, посмотрите! Они толпами идут в военкоматы!» И обречённо констатировать, что мир обречён. Кто-то наоборот может сказать: «Вот! Посмотрите! Их уже так много, а они всё равно не могут пойти вперёд и завоевать Украину! Такая вот российская армия никудышная». Ну, а желание официальных лиц РФ тоже понятно: успокоить народ, что мобилизации больше не будет, и показать Западу, мол, смотрите, мы кучу людей можем под ружьё поставить, даже не заморачиваясь. Но все эти мотивации не бьются с реальностью. Я вообще не люблю доказывать отсутствие, потому что в нормальной практике бремя доказательства лежит на утверждающем. Если кто-то говорит, что Россия набрала 400 000, его задача - привести доказательства и аргументы, а не наоборот. А то это как доказывать, что Путин НЕ умер. Однако, так как нарратив устойчивый, всё-таки пришлось детально рассказать, почему истории про 400 000 завербованных за год добровольцев - это откровенный и наглый... обман.