Её звали Анастасия Игоревна Марушевская. Человек, впервые слышавший такое пафосное сочетание, представлял себе статную, высокую, волевую даму, гордо смотрящую на мир и окружающих. В действительности это была миниатюрная девушка двадцати пяти лет, с голубыми, как Средиземное море, глазами, довольно милая, с искренней улыбкой и нежным голосочком, каким разговаривают героини сказочных произведений (Золушка, Белоснежка, падчерицы разного уровня несчастья). После окончания педагогического института она скромно и честно работала в обыкновенной школе с обыкновенными детьми в обыкновенном педагогическом коллективе учителем начальных классов. Это хрупкое и очаровательное создание вызывало у коллег умиление, у родителей - первоначально беспокойство по поводу того, как она будет справляться с их непослушными шумными детьми, а у самих детей наивный восторг и душевную привязанность. Но всегда в классе найдутся два-три ученика, не разделяющих общей тенденции малолетнего коллектива. Первым из них был Мартирос Аганесян, мальчик весьма своеобразного свойства и с весьма специфическими знаниями самых элементарных жизненных вещей. В первом классе он наивно полагал, что котам нужен хвост, для того чтобы легче было поднимать с пола, что воробьи не что иное, как дети голубей, и рисовал птичек, стоящих на четырёх крепких лапках. Следующим неслухом был Одеколонов Серёжа, которого с первого класса все дразнили по определению. Оправдывая свою фамилию, он каждый день перед уроками доставал из своего шкафчика пузырёк с дешёвым одеколоном, который стащил при случае у обо всём забывающего дедушки, и многократно брызгал им на себя в надежде так просто завоевать сердце Вики Снегирёвой, первой красавицы класса, естественно, по его мнению. Третьим участником этой непослушной компании стала Вера Звонарёва, девочка крайне резвая и шумная. Набравшись у отца, капитана полиции, командирских навыков и приказного тона, дополнив всё это мамиными рассуждениями по поводу дочкиного грандиозного будущего, она руководила всеми процессами в классе, начиная с того, кому с кем дружить, и заканчивая наставлениями учителям, как правильно обучать современных школьников. Причём, не совсем понимая значение словосочетания «грандиозное будущее», девочка представляла себя в роли Бэтмена, летящего над миром и сотрясающего его. Лихая троица время от времени проявляла себя по-разному, то действуя совместно, то по одиночке. Впрочем,
Анастасия Игоревна, при ложном представлении о том, что в ней нет ни грамма строгости, делала внушительные замечания, отправляла СМС родителям с подробным отчётом о деяниях их непосед. К тому же участников этого преступного альянса на переменах отлавливали учителя других классов, возрастом старше и опытом богаче первой учительницы, и доходчиво объясняли в красках дальнейшую перспективу такого поведения. Педагоги делали это довольно скрытно от Марушевской, руководствуясь ролью наставников молодых учителей и педагогической этикой. Откровенно говоря, сама Анастасия Игоревна интуитивно понимала, что её характер и методы работы сильно тормозили движение в сторону звания «Почётный учитель Российской Федерации», искренне страдала от этого, но ничего с этим сделать пока не могла.
Всё же настал день, когда было принято решение доказать всей школе и себе, что в ней сокрыт колоссальный талант педагога-новатора и неисчерпаемые резервы творческого подхода. После озвученного на педсовете директором объявления о начале городского конкурса «Учитель года» и предложений по поводу кандидатуры участника Анастасия Игоревна в каком-то отчаянном порыве вскочила со своего стула и голоском-колокольчиком протяжно произнесла: «Позвольте мне участвовать, я не подведу!» Нужно заметить, что в этом поступке не последнюю роль сыграли трепетные чувства к учителю физкультуры Николаю Ивановичу Потёмкину, который её почти не замечал и в толпе часто путал со старшеклассницами. После отчаянного и отважного предложения у администрации школы возникло желание «удалиться на совещания для окончательного приговора», но решение было принято на третий день: кандидатуру молодого педагога одобрить большинством голосов, оказывать всяческое содействие, то есть натаскивать в течение месяца, делиться творческими наработками и при этом расширить абсолютно плоскую папку с портфолио Марушевской до неприличных размеров характеристиками, отзывами, активными делами и воспитательными мероприятия.
И работа разом закипела, как новенький чайник «Тефаль». Не стоит тратить времени на перечисления всех потуг претендентки и дополнительной помощи группы поддержки. Смысл предельно ясен: все старались как могли.
Последние три дня перед показом урока компетентной комиссии были невероятно напряжены в физическом, творческом и материальном плане. Многочасовое штудирование, отработка голоса и жестов, тщательный отбор накопленного материала и покупка для украшения класса красивых кашпо для цветов, дизайнерской полочки для методичек и новых нежно розовых штор с вышитыми на них веселыми зайчиками, котиками, собачками и лисичками. Недоумение по поводу именно такого коллектива зверей на общем фоне отметала новизна штор и их розовое великолепие. Должно сказать, что повесить это чудо на окна доверили высокому и статному Николаю Ивановичу. Именно этот процесс позволил по-настоящему обратить внимание учителя физкультуры на миниатюрное милое создание. Помимо всего прочего Анастасия Игоревна провела тщательный умственный разбор своих прежних открытых уроков, особенно на заре своей педагогической деятельности. Первым промахом и казусом явило её воспоминание тот случай, когда она, будучи студенткой-практиканткой, решила повторить широко распространённый педагогической приём, столь ярко представленный отечественным кинематографом, когда учительница при объяснении материала подходит к окну и задумчиво смотрит сквозь него куда-то вдаль, сложив руки на груди. Но как только Марушевская заняла позицию у окна и сосредоточила чистый девичий взгляд на спортплощадке за окном, дети среднего ряда и ряда у дверей тотчас возжелали проявить детскую любознательность. Они просто встали и, покинув свои места, буквально облепили окна. Следующим провалом её педагогического приёма стало незабываемое падение у доски, когда она, пытаясь избежать набивших оскомину привычных учительских поз на уроках, пафосно и демократично попыталась облокотиться на раковину, традиционно установленную у доски, но рука предательски соскользнула с влажной поверхности и всё тело картинно сползло вниз. Причём попытка зацепиться правой рукой за доску добавила и без того зашкаливавшей комичности происходящего. Теперь же было всё продумано досконально, проведена капитальная работа над ошибками.
И вот этот день настал. Приход серьёзных женщин-методистов, видавших виды двух директоров соседних школ, а также начальника управления образования района всполошил всю школу. Представительная комиссия, с трудом разместившаяся на последних партах и между рядами, основательно потеснила переполненный класс. Впервые привычный школьный звонок показался бедной Насте таким длительным и резким. И как только он замер на ближайшие сорок минут, педагог произнесла свою первую приготовленную фразу. Нет, даже не произнесла, а восторженно и жизнерадостно воскликнула, слега раздвинув руки и подняв их вверх: «Дорогие ребята, прежде чем начать урок, я хотела бы обратить ваше особое внимание на то, какие зверушки пришли к нам сегодня в гости!» Но жест руки, указывающий на новые шторы, явно задержался, и дети дружно, как по команде, обернулись и вперили свои пристальные, сгорающие от любопытства взгляды в членов комиссии. Кульминацией происходящего стал восторженный возглас Аганесяна Мартироса: «А вот этот дядечка на моего хомячка похож!»
Послесловие: нужно отдать должное чувству юмора людей, живущих в нашей стране. За оторопью и оцепенением присутствующих последовал дружный всеобщий смех. Причём громче и раскатистее остальных смеялся строгий директор школы, действительно чем-то походивший на домашнего хомяка. Марушевская Анастасия Игоревна только через четыре года примет повторное участие в конкурсе и займёт второе место. Правда, выступать она уже будет под фамилией Потёмкина. И еще, забегая вперёд на многие-многие годы, довожу до вашего сведения: никогда она на уроках не смотрит в окна, ни на что не облокачивается и не вешает в классе шторы с какими-либо рисунками.