- Дядьки. А что тута делаете?
- Сгинь, мелкий. Зашибём невзначай.
- Я юркий, замахаетесь догонять!
- Ходи сюда, храбрец, - Ерый достал из разгрузки шоколадку.
- Не возьму, - спрятал руки за спину малец.
- А так? - орк, хрустя фольгой, не спеша развернул сладость и вкусно откусил кусман.
- Всё одно не возьму. Мне отдариться нечем, - сглотнув слюну буркнул пацан.
- Учёный, уважаю. Так бери.
- За "так" тем более не возьму!
- Парень, да ты в курсе! Мать, отец есть?
- Не твоё дело!
- Значит нету. Старшина, бойца на довольствие поставь.
- Есть! Ходи сюда, малой. Вон картоха, вон ножик. Чисть.
- Хм. Тоже мне ножик, - и пацан вынул из сапога старый гусарский кинжал. И все замерли.
- Ээ! Вы чего?
- Откуда ЭТО у тебя?
- От деда, - сразу набычился малец и вполне профессионально перекинул горлорез на обратный хват.
- Как его звали?
- Митрофан Матвеич.
- Белкин?
- Да. А вы откуда знаете?
- ЪЪЪЪЪ! Быть такого не может!
- Хавальник при ребёнке на разевай!
- Сам ты ребёнок!
- А ты заткнись, пацан! - отеческая оплеуха сбила парнишку с ног.
- Доложить надо.
- Сначала проверить надо. Ножик спрячь, малой. Для картохи тебе другой дадут. Далеко не уходи. Я смотрю за тобой.
- Ерый, ты уверен?
- Горлорез именной, ухватки, поведение. Уверен.
- Ну чо. Заводи, если так.
- Малой, ко мне, - еле слышно через плечо шепнул орк. Специально скрипучая дверь сделала вид, что чуть приоткрылась от сквозняка.
- Тута я, - на уровне пояса орка выглянул пацан.
- Весь покажись.
- Заходи не бойся, уходи не плачь. Чё хотел, командир?
- Сели оба! Ерый, коньяку нам достань из шкапчика. А малому сок там есть.
- Когда и где крайний раз Митрофана видел?
- Месяц назад, в хуторе нашем.
- Где он?
- На огороде похоронил.
- Покажешь. Помянем.
- Ерый, с пацана глаз не спускать. Чутка подрастёт и Старшому в учёбу.
- Добрый. Боюсь он уже и Старшого удивить сможет.
- Эгхм. Идём. Покажешь. Дедовским горлорезом только не свети.
- Тогда у вас в ящик положу. Сохраните?
- Ну наглец! - рассмеялся Добряков, - Расписку могу дать.
- Не надо. Верю.
И орки рассмеялись уже оба.
Чырыка вдумчимо добивала пшека рукоятью кинжала.
- Вы уже закончитесь когда-нибудь? ЪЪЪ!!!!
- Всё уже, подруга. Всё. - рыкнула Ляка.
- ЪЪЪ. А я семью хочу. Детей.
- Я тоже, родная. Кто не хочет? Вот пшеков с дойчами упокоим и айда рожать как из Тройника!
- Дурочка!
Девки утёрлись окровавленными рукавами, рассмеялись и двинули дальше в бой.
- Хахшах! - растопырился кот Василий.
- Ты чего, дурбалай! - удивился Юркий.
Кот смотрел за спину другу и пытался встать в боевую позу.
"Заткнись, дурак. Это свои" - мякнула Макша.
- Ссспокойно всшем. Я с миииррром, - промурчала Мияга, - Услышала и зашла с героем повидаться.
- Йёой, маЪЪЪ! - осел на задницу орк, - Извините, уважаемая. От неожиданности так получилось. Рад вас видеть. Наслышан, но не ожидал вот так запросто увидеть.
- Позволишь с другом твоим поговорить?
- А.. Э... Если он не против, то ..
- Василий? Твой подвиг воспоют в песнях нашего народа.
"Он скромник, не смотря на боевой и драный внешний вид".
- Это хорошо, Макша. Не бросай его.
"Его бросишь. Он, скотина, всегда возвращается".
- Кого-то мне это напоминает?! Позволишь?
И огромная кошака ласково и нежно подхватила в жуткие когтистые лапы котят. Ранки тут же поджили, шёрстка стала шелковистой, зверята заулыбались.
"Как ты это сделала?".
- Я Знающая племени Котов.
"А этого придурка?"
- Он воин. Воины свои раны сами залечивают. Так, Василий?
"Так, так. Уйди, искусительница!"
- Хороший, - Мияга погладила Ваську по голове и ... пропала как и не было её.
- Так, ребятки. Или вы мне сейчас мне всё объясняете, или перестану кормить. - возмутился Юркий.
"Хрюли трепаться. Один фиг не поймёт" - Макша увлечённо вылизывала кошенят.
"Да понял он всё. Придуривается" - и Василий увалился рядом.