Истории про преподавателей и студентов
- Виталий, я не знаю уже как к ней подойти, - проректор Викентьев сидел в своем кабинете и задумчиво крутил в руках стакан с остатками коньяка. - Она избегает меня всеми способами.
- Может, боится? - Виталий потянулся к тонким ломтикам лимона, аккуратно разложенным на тарелке.
- Боится? - фальшиво рассмеялся Викентьев, - да она как раненая львица на меня кидалась, когда отношения выясняли из-за шума в ее квартире.
- И внезапно притихла... - задумчиво проговорил Виталий.
- Не притихла, - поправил Викентьев, - а полностью исчезла из моей жизни. Мы даже в университете не пересекаемся. Такое чувство, что она по черной лестнице ходит, лишь бы со мной не встречаться.
Немного помолчав, Викентьев добавил:
- Да еще этот Прудников лезет постоянно. Мешает.
- Прудников? - оживился Виталий, - так может он ухаживает за ней, а лезешь как раз ты постоянно.
- Ухаживает? - угрожающе прорычал Викентьев, - ты этого Прудникова видел?
- Как я могу его не видеть? Все-таки он на моем факультете работает, - удивился Виталий. - Вполне нормальный парень. Высокий, ухоженный, доцент...
Викентьев с силой поставил стакан на стол и, встав из-за стола, с неприязнью посмотрел на друга:
- Ты мне это сейчас зачем говоришь? Прудников хорош, а я не хорош?
- Остынь, Слава, - поднял руки Виталий, - ты хорош. Но что у твоей Маши на уме, мы точно не знаем.
Викентьев тяжело опустился обратно в кресло и замолчал.
Наступившую тишину разорвал громкий стук в дверь.
- Войдите, - отозвался Викентьев, машинально переставив стакан со стола на пол.
В кабинет проректора зашел вечно энергичный и недавно обсуждаемый доцент Прудников. Бросив внимательный взгляд на полупустую бутылку коньяка, стоящую на столе, Прудников протянул бумаги, которые держал в руке, декану:
- Виталий Михайлович, вам на подпись. Деканат закрыт, отдать некому.
Виталий кивнув, взял бумаги, а Прудников, помявшись и кинув взгляд на коньяк, направился к двери. У двери он внезапно остановился, и, повернувшись к проректору, воодушевленно произнес:
- Станислав Алексеевич, вы что-то говорили о совместном гранте? Мария Сергеевна, видимо, планирует уйти в декретный отпуск, я вполне могу подготовить заявку.
Викентьев медленно поднялся со своего проректорского кресла. Затем, опустился обратно и потянулся к стоящему на полу стакану. Поставив стакан на стол, Викентьев также медленно взял бутылку с коньяком и наполнил стакан почти до края.
Прудников бойко схватив наполненный стакан, отсалютовал Викентьеву и со словами:
- За проект! - лихо опрокинул в себя содержимое.
Виталий, сидящий в кресле напротив, закашлялся. А Прудников, по-отечески похлопав его по спине, схватил с тарелки несколько ломтиков лимона и, сунув их в рот, практически не поморщившись, бросил:
- Ну я пошел! - и скрылся за дверью.
Виталий, посмотрев на пустой стакан и ошарашенное лицо Викентьева, расхохотался.
- Ну и жук это Прудников, - сквозь смех с трудом проговорил он, - ну и жучара...
- При чем здесь Прудников, Виталий? - с болью ответил Викентьев, - ты слышал, что Маша ждет ребенка?
- Слава, не грузись, это Прудников развлекается. Нашел повод, чтобы к твоему коллекционному приобщиться.
- Все! - решительно хлопнул ладонью по столу Викентьев. - Больше никаких Прудниковых, никакой Марии Сергеевны. Не хочет общаться, я за ней бегать не собираюсь. Не мальчик уже.
- Вот это правильно, - согласно кивнул Виталий, разливая остатки коньяка по стаканам.
Спасибо за ваше внимание, дорогие читатели!
Друзья, буду рада видеть вас также и в своем телеграм-канале Семья и психология
