Январские рассказы Сергея Корзуна
Всем хорошо знакомы словосочетания «гелиакический восход», «экиноксальная точка», «нундинальный цикл», «бисекстильный год». Но сегодня не о них, а о более привычных русскому уху словах и выражениях, которые вполне применимы к календарям и к новогодним праздникам.
Русский язык легко впитывает и часто перерабатывает, как ему удобно, иноземные языковые реалии. Кстати, високосный год — это отечественный вариант того самого бисекстильного, из латинского «дважды шестой» по отношению к вставному дню. Похожая история произошла и со словом «коляда», отмечает филолог Марина Королева.
Марина Королева филолог «Коляда — это старинный рождественский святочный обряд, когда крестьяне ходили по домам с поздравлениями и песнями, а им за это давали угощения. Песни, которые исполняли во время обряда, тоже называли колядой, или в просторечии колядкой. Соответственно, колядовать — это как раз ходить по дворам с пением колядок и собирать деньги и угощения. У древнерусского «коляда» и старославянского «коленда» вполне западное происхождение. Коленды, календари. Это же латинская календа, первый день месяца. То есть первоначально коляда это обряд, связанный с началом года».
Детские воспоминания на Новый год связаны с тем, что на столе все есть, а сил есть уже не осталось. Наварили, как на Маланьину свадьбу, приговаривала бабушка. При чем тут свадьба, было мне неведомо, но каша-малаша уже ассоциировалась с чем-то растекающимся и смешанным в кучу на одной тарелке. Вот что об этом говорит Марина Королева:
«То, что Маланья — женское имя, это понятно. Но почему Маланья? И почему все вспоминают ее свадьбу? Есть разные версии, как это часто бывает в этимологии, но одна кажется самой правдоподобной. Смысл этой поговорки можно отыскать в церковном календаре. Был такой день Мелании Римляныни. Ее именины приходятся на самый канун Нового года, 31 декабря по старому стилю. А надо понимать, что вечер этого дня до сих пор во многих христианских странах называют щедрым. Так вот на Руси, на Маланку, то есть в День святой Мелании, ряженая молодежь ходила по домам и угощалась блинами, оладьями и пампушками. Но раз свадьба, значит, должен быть жених. Его имя тоже совсем не случайное. День святого Василия Кесарийского приходится как раз на 1 января по старому стилю. То есть Маланьина свадьба — это нечто вроде символической встречи старого и Нового годов. И в этот день полагалось наготовить как можно больше еды, потому что от этого зависело благополучие семьи на целый год».
Русский язык славен не только вольным обращением с зарубежными корнями и приспособлением их под свои привычки, но и тем, что сам таит в своих древних славянских корнях некоторые глубинные и неочевидные смыслы, понять которые удается не сразу. В слове «сочельник» мне чудилось в детстве древнерусское «чело» — ну, там, бить челом или как. А сочельник — вроде как совместное действие типа молитвы. Но нет, говорит Марина Королева:
«Интересно, что сочельников два. Рождественский сочельник — это канун Рождества, и Крещенский сочельник — вечер, канун Крещения. Ну а само слово «сочельник» невероятно интересное, как и все очень старые слова. Например, в словаре Даля «сочельник» можно найти только в словарной статье «Сок». Но не в нынешнем привычном нам значении, там, сок в пакетах, например. Сок — влага, истекающая или выжимаемая из чего-то. А от сока — сочиво, — выжимка из семян, из миндаля, из мака, из конопли. Пищу с таким соком, постную кашу особенно, называли сочивом. А сочнями назывались пресные тонкие лепешки на конопляном масле. Тоже постная пища. Это же день строгого поста. У православных христиан он должен пройти в молитве в предвкушении праздника. До вечера постятся, а после появления первой звезды садятся за стол и едят сочиво, — блюдо из крупы, меда и сухофруктов».
Начали мы с колядок, ими же и завершим. На то, как неблагочестиво ведут себя некоторые молодые люди — его современники, — жаловался известный русский этнограф и беллетрист Сергей Максимов в своей книге «Святки / Нечистая, неведомая и крестная сила», изданной в 1903 году (а может, вовсе и не жаловался…): «Шумной, веселой ватагой врываются ряженые в дома, пляшут, поют, предлагают гадать и выпрашивают табаку и денег. Обойдя все дома более богатых соседей, вся эта толпа вваливается в святочную избу, и если денег насобирала довольно, то начинает бражничать».