Или все же фэйк?
В корейском Канныне, где вот-вот стартует зимняя юношеская Олимпиада, прошел исполком МОК, а после него – обязательная пресс-конференция. Чиновники обсудили все актуальные (и не самые зажигательные) вопросы. Но не обошлось без российской темы.
Неужели критерии допуска до Парижа-2024 станут еще жестче? Или же возникло недопонимание?
Вопрос о порядке допуска россиян задал журналист из Украины. Отдуваться пришлось даже не Томасу Баху, а официальному представителю МОК Марку Адамсу.
– Мы выпустили ранее рекомендации международным федерациям и довольны тем, что они сделали, – заметил Адамс. – Но когда мы несем ответственность за наши собственные соревнования, мы должны быть уверены вдвойне. Эти дополнительные меры, как мне кажется, позволяют нам и всем остальным чувствовать себя комфортнее.
Что касается процесса допуска, я могу говорить только в целом, у меня пока нет деталей. Мы находимся в процессе поиска и назначения независимых аналитиков с хорошей репутацией, которые проверят каждого из этих спортсменов и убедятся, что они соответствуют нашим критериям. Люди, которые квалифицировались (на Игры – Sports.ru), уже прошли одну проверку, и пройдут еще одну. Она будет проведена МОК с привлечением независимой организации.
В российском инфополе эти дежурные (как очевидно планировал Адамс) слова почему-то произвели мощный эффект. Адамса процитировали даже не спортивные СМИ с посылом, якобы МОК выставил какие-то дополнительные препоны на и так сложном пути наших спортсменов в Париж. Хотя вообще-то Адамс ничего такого не имел в виду.
Объясняем:
● Технически МОК не может организовать процесс допуска нейтральных спортсменов на Олимпиаду, не создавая специальной комиссии. Критерии допуска опубликованы, но кто должен проверять спортсменов на соответствие и принимать решения? Лично Адамс, Томас Бах или кто-то еще?
● Аналогичные комиссии по допуску спортсменов были созданы и перед зимними Олимпийскими играми в Пхенчхане – последней Олимпиадой, где ОКР не имел права самостоятельно формировать состав команды. Тогда комиссий было две: одна (под руководством Самуэля Шмида) расследовала существование государственной допинговой системы, а вторая (ее возглавляла Валери Фурнейрон) – непосредственно давала или не давала конкретным спортсменам допуск на Игры.
● МОК всегда стремится отдавать политические решения независимым экспертам (и часто политикам). Так, Самуэль Шмид – бывший президент Швейцарии, Валери Фурнейрон (на фото) – в прошлом министр спорта Франции.
Членами МОК никто из них не был. Можно вспомнить и аналогичную практику в WADA: Ричард Макларен и Ричард Паунд, которые возглавляли независимые комиссии по разным поводам, тоже на тот момент не состояли в организации.
● Адамс говорил о «повторной» проверке, потому что первоначально решение о допуске спортсмена к международным соревнованиям принимают международные федерации. Об этом сказано даже в тех самых критериях, которые МОК опубликовал в декабре:
«МОК будет настаивать на независимой оценке в отношении каждого квалифицировавшегося нейтрального атлета (AIN) и каждого члена персонала, предложенных международными федерациями».
То есть сначала спортсмены получают допуск от международных федераций, проходят квалификационный отбор на Игры, и затем МОК проводит «независимую оценку» и зажигает зеленый или красный свет.
Так и планировалось изначально, ничего нового не произошло.
***
Формальности понятны, а конкретные имена членов комиссии появятся, скорее всего, ближе к лету.
Неясно другое: а будет ли вообще у этой комиссии работа? И сколько наших спортсменов смогут/захотят пройти хотя бы через первое сито проверок и отобраться в Париж?
Наших спортсменов допустили до Олимпиады – с кучей условий. Нельзя георгиевскую ленту, букву Z и награды дома после Игр В 2023-м нашим спортсменам стало все равно – возвращаться в мировой спорт или нет
Фото: eastnews.ru/Voetbal International/East News; РИА Новости/Александр Вильф