Используя собственный практический опыт
Опубликовал на днях статью об особенностях применения агентского договора в отношениях банка с коллекторским агентством. Пока писал статью, вспомнилось конкретное дело в суде, по которому я проводил первоначальную экспертизу и готовил рекомендации. Подробности описать хотелось, но места в статье было для этого мало и пришлось отказаться от использования этого показательного примера из практики. А написать хотелось. Решил не отказывать себе в удовольствии и вот результат - новая статья. Описывать «косяки» банковских юристов давно стало для меня привычным занятием
Все началось с уведомления
Все началось с того, что моя доверительница получила уведомление о передаче полномочий для взыскания задолженности по договору с кредитором (назовем его –«крупный банк») коллекторскому агентству. В уведомлении имелась ссылка на конкретный агентский договор. Получение такого уведомления – большая редкость: о наличии судебного приказа и даже об исполнительном производстве должник часто узнает, когда уже арестовали счета и списывают деньги. Банковские юристы обычно пытаются реализовать эту незаконную операцию, о которой мною было уже написано довольно много
Суть этой операции такова:
1). Получение судебного приказа, чаще всего – у конкретного мирового судьи, с нарушением принципа территориальности (то есть, подальше от должника); 2). Обеспечение неосведомленности должника о вынесении приказа и лишение его возможности подать возражения; 3). Предъявление исполнительного документа в банки, где имеются счета должника, аресты счетов должника; 4). Возбуждение исполнительного производства и взыскание денег в максимально возможном размере, либо возбуждение исполнительного производства судебными приставами.
Часто всему этому беззаконию сопутствует договор цессии (уступки прав требования) или агентский договор с коллекторами, чтобы банк не отвечал за явные нарушения процессуальных правил. Особенно часто используются коллекторы, когда превышен срок исковой давности: чтобы срок давности в суде применили, нужно, чтобы кто-то заявил об этом ходатайство. А если ответчик о суде ничего не знает, то и заявить о пропуске срока исковой давности, получается, некому. У коллекторов такая «информационная блокада» должника получается лучше.
Если ответчик в суд, все-таки, является
Тогда он первым делом заявляет о пропуске банком (именно банком) срока исковой давности. Коллекторы начинают доказывать, что «их право нарушено в день подписания договора с банком». Этот аргумент они пытаются использовать почти всегда. Но такая правовая позиция успеха в суде не имеет. Тоже – почти всегда. Незаконное намерение избежать применения судом срока давности слишком очевидно.
Первые впечатления
Ознакомившись с документами по делу, я понял, что «крупный банк» в этом случае нарушил требования кредитного договора. Право банка привлекать коллекторов к взысканию задолженности на основании агентского договора, то есть право на привлечение третьих лиц для обслуживания долга должно быть установлено кредитным договором. Этого не было сделано. На этот раз кредитным договором такое право не было предусмотрено.
Сомнительные формулировки нужно использовать
Был пункт, согласно которому «…настоящим Заемщик дает Банку согласие на передачу прав требования по настоящему Договору любому лицу, в том числе не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности.». Но подписание агентского договора, по своей правовой природе, не является передачей прав требования. Переход права кредитора к другому лицу регламентируется ст.382 ГК РФ. В частности, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка права требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Внимательно прочитав документы, предоставленные моей доверительницей, я понял, что упомянутый выше агентский договор, судя по его наименованию и дате заключения, подписан за три месяца до кредитного договора. Это позволяло сомневаться в правомерности ситуации, когда банк поручает своему агенту решение конкретной проблемы задолго до ее возникновения. Кроме того, нельзя передать кому-либо право требования, которое на момент передачи не существует. Пункт 51 Постановления Пленума Верховного суда российской Федерации от 28.06.2012 года №17 говорит о том, что передача прав требования по кредитному договору банка другой организации, не имеющей соответствующей лицензии на осуществление банковской деятельности, противоречит закону. Следует признать, что названный пункт содержит и оговорку: «Если иное не предусмотрено договором». Но в нашем кредитном договоре, как уже было отмечено, не было указано, что банк имеет право передавать долг для обслуживания сторонним компаниям посредством агентского договора. . Пункт 11 письма Роспотребнадзора №01/8179-12-32 от 23.07.2012 года говорит об оспоримости норм кредитного договора, предоставляющих кредитору возможность передавать коллекторам право требования по кредитному договору.
Формулировку «передача прав требования», если следовать дословному толкованию текста документа, юристы моей доверительницы могли использовать при обжаловании, используя уже упомянутуюстатью 382 ГК РФ.
Уступка несуществующих прав – основание для обжалования
Настораживало, что агентский договор был подписан, судя по всему, после окончания срока исковой давности, но у меня не было доказательств, чтобы установить момент времени, когда банк узнал или должен был узнать о том, что моя доверительница прекратила минимальные платежи по погашению долга и у нее возникла задолженность. Я рекомендовал попытаться получить в банке копию первого уведомления о наличии задолженности, которое банк направил заемщику (у доверительницы этого документа не оказалось). Если бы копию этого первого требования получить не удалось, нужно было дождаться\. Когда коллекторы подадут иск в суд. В приложениях этот документ должен был передаваться на рассмотрение суда.
Реализация этой рекомендации позволила бы определить, с какой именно даты следует отсчитывать течение срока исковой давности в этом случае (представителем в суде был другой юрист, сотрудник юридической службы компании моей доверительницы. Я не знаю, в какой степени эти юристы воспользовались моими рекомендациями.
Моя роль привлеченного независимого эксперта на этом была выполнена, я оформил рекомендации и передал их клиенту. Судя по информации, размещенной официальном сайте суда, при кассационном обжаловании решение по этому делу было отменено полностью. Дело ушло «на второй большой круг», то есть передано в первую инстанцию для нового рассмотрения.
По делам с таким предметом, как взыскание задолженности по кредитному договору, да еще по иску «крупного банка», возврат на новое рассмотрение – единственно возможный для ответчика положительный результат. У меня есть надежда на то, что и моя предварительная экспертиза сыграла свою роль в достижении такого результата. Во всяком случае, статью об этом я написал и публикую.
Юристы банков (особенно крупных) чаще всего, обладают большим практическим опытом участия в рассмотрении таких дел, причем представляют интересы банка в одном, конкретном суде, куда являются ежедневно, как на работу. И дела по искам к банку часто слушают конкретные судьи. Да и предмет судебного разбирательства, согласитесь, не оставляет ответчику шансов на успех, то есть на отказ в удовлетворении иск банка: кредитные деньги получены, какие могут быть причины, чтобы их не возвращать на согласованных в договоре условиях? Так что, новое рассмотрение – действительно единственно возможный положительный результат.
Благодарю всех, кто прочитал статью. Желаю, чтобы никто, ничего и никогда не мог от вас «потребовать». Свобода от долгов – большая редкость. Готов помогать в достижении этой цели. Всем, не только моим подписчикам.