Украинским солдатам хотят давать наркотики-психоделики под предлогом лечения после полученного стресса в боях, пишет The Economist.
Издание рассказывает историю Игоря Холодило, военного психолога, которого контузило в начале 2023 года. После ранения у него появилось заикание и речевое расстройство, никакое лечение не помогало. Но потом он встретил родоначальника психоделической психотерапии на Украине Владислава Матреницкого, который спросил: не хочет ли Игорь попробовать кетамин?
Психолог согласился и очень удивился, что заикание после курса кетамина исчезло и речь полностью восстановилась. Кроме того, пропали кошмары и замкнутость Холодило. Он сказал, что вкус кетамина ему не нравится, но зато он ощутил радость в жизни.
На Украине кетамин легален для лечения психических заболеваний с 2017 года. Правда в мире психоделики использовали для избавления от тревожности и депрессии гораздо раньше: в США с ними экспериментировали еще в 1950-60-х годах, во время расцвета хиппи. После этого политическая поддержка психоделических наркотиков пошла на спад и их признавали такими же тяжелыми, как героин. Но в последнее время об этих препаратах начали вспоминать все чаще, и Украина одной из первых готовых их применить.
Доктор Матреницкий возглавляет единственную клинику в стране, где пациентам предлагается кетаминовая терапия. Он утверждает, что вылечил около 300 пациентов от терапевтически резистентной депрессии, посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) и тревожности.
По его словам, большинство украинских солдат переносят большой стресс на передовой, поэтому его метод лечения пойдет им на пользу. Психолог также собирается экспериментировать с МДМА ("экстази") и псилоцибином (действующее вещество в галлюциногенных грибах).
Холодило считает, что ВСУ надо использовать психоделики, чтобы улучшить боевые показатели: солдат, смирившийся с риском смерти, не только более эффективен как боец, но и имеет больше шансов выжить. Однако сама мысль о том, чтобы использовать психоактивные препараты на передовой, все-таки поднимает слишком много нравственных вопросов, резюмирует издание.