В Древности, Средневековье и Новом Времени, понятие "острожной", "тюремной медицины" не существовало в принципе. В те дикие времена царили дикие нравы и смерть в заточении от истощения, заболеваний, истязаний считалась справедливой карой за совершенные преступления. Только с развитием цивилизованного общества, положение заключенных постепенно улучшалось и медицина стала активно внедряться в тюремный быт.
Несмотря на то, что пенитенциарное здравоохранение «родилось» намного веков позже острогов и каторги, уже со второй половины позапрошлого века оно стало и по настоящее время является неотъемлемой частью уголовно-исполнительной системы России. В послереволюционный период через «Архипелаг ГУЛАГ» прошли миллионы советских граждан. Большинство из них не были «врагами народа», а были хулиганами, воришками и просто дураками, поэтому рабоче-крестьянское государство вынужденно беспокоилось об «оступившихся» и постоянно развивало инфраструктуру мест лишения свободы, а с 1963 года и мест содержания под стражей.
Сейчас в любом СИЗО есть медицинский персонал. И эти врачи, фельдшера, медицинские сестры не приходящие, не приглашенные извне – они являются штатными работниками обязательного для учреждения ФСИН медицинского подразделения – медицинской части, реже больницы.
Фактически, первым кого видят доставленные в СИЗО – это дежурный фельдшер или врач медицинской части, который оценивает состояние здоровья поступающих с позиции возможности оказания медицинской помощи срочно нуждающимся в ней, в условиях медицинской части учреждения.
В СИЗО, полицейскими доставляются все подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а вот принимают не каждого. Начиная с 2005 года больные, доставленные полицейскими из изоляторов временного содержания (ИВС) и нуждающиеся в специализированном стационарном лечении, которое невозможно обеспечить в условиях медицинской части учреждения, в следственный изолятор не принимаются. Это определено законодательством!
Что с ними происходит дальше? Полицейские отвозят больного в соответствующую гражданскую больницу и там, в зависимости от профессионализма, дурости и иных субъективных факторов, уже гражданские специалисты либо госпитализируют его и лечат, либо с медицинской справкой о том, что гражданин в стационарном лечении не нуждается, отправляют обратно.
В первом случае следователь может изменить меру пресечения, поменяв его на подписку о не выезде и надлежащем поведении или иную меру не связанную с заключением под стражу. Либо слегка поправивший здоровье гражданин через короткое время выписывается из больницы и с вышеуказанным заключением о том, что в срочном стационарном лечении не нуждается, повторно доставляется в СИЗО, и уже неизбежно принимаются.
Второй случай встречается намного чаще, в следствии пофигизма и непрофессионализма гражданских врачей, не желающих видеть в своем отделении, среди благодарных пациентов, преступника в наручниках круглосуточно окруженного вооруженными полицейскими, а также выделять им отдельную палату при постоянном дефиците мест в отделении. Этот вариант возможен по отношению к любому пациенту и не всегда зависит от тяжести заболевания.
К сожалению, в СИЗО иногда умирают. Но это зачастую именно те больные, от которых перед этим отказались, оснащенные по последнему слову медицинской техники и укомплектованные высококвалифицированным персоналом, головные краевые, областные, республиканские больницы министерства здравоохранения...