- 14 -
Стоял второй час ночи. Утомившаяся, немного осоловевшая от обильной пищи и чуть захмелевшая, явно не привыкшая к таким пиршествам Лейла, сладко спала в отцовской кровати.
Авторская повесть "Переписать авантюру". Предфинальная часть.
Предыдущий отрывок здесь:
Мефодий подошедший на цыпочках проверить дочь, бережно подоткнул одеялко и также осторожно, боясь её разбудить, прикрыл дверь и вернулся в гостиную к Феофании.
Женщина сидела у окна, устремив взор в одной ей известную даль, с загадочной улыбкой на всё таких же как в юности пухлых, мягкого очертания губах.
Писатель остановился, невольно залюбовавшись ею. Потом тихонько подошёл сзади и укутал плечи женщины от свежего ветерка, задувающего в открытую форточку, в мягкий плед. Феофания вздрогнула и, отвлекшись от своих дум, обернулась к мужчине.
- Какой же ты... - С благодарной улыбкой проговорила Фанни, встретившись с ним взглядом.
- Какой? - Он присел перед женщиной на корточки и взял её за руку.
- Заботливый.
- А то ты не знала? - Он вернул ей улыбку, глядя без обиды и упрёка.
Они немного помолчали, осияемые то лунными бликами из окна, то лучами от фар проезжающих по ночной улице припозднившихся машин, не отрываясь глядя в глаза друг друга. Словно оживляя воспоминания юности, или наоборот открывая для себя что-то новое.
- Знала, - наконец разомкнула уста Феофания, - точнее... Тогда думала что ошиблась.
- А теперь? - Он придвинулся ближе и его дыхание смешалось с её лавандовым ароматом.
Боже, сколько же бессонных ночей он искал в подушках и не находил исчезнувший с уходом Фанни её восхитительный запах! И теперь он жадно вдыхал это ни с чем не сравнимое благоухание, вдыхал и всё не мог надышаться.
- Теперь поняла, что ошиблась не тогда, когда нехорошо о тебе подумала... - Она смешалась, опустила голову, но Мефодий не дал женщине спрятать зардевшееся, такое родное лицо, мягко отведя запястья Феофании в стороны и взяв его в свои ладони.
- Продолжай. - Пальцы мужчины нежно поглаживали её щёки, лоб, губы, словно воскрешая собственную тактильную память...
- Ошиблась когда ушла. - Наконец выдохнула Феофания и зарылась губами, носом в его густые волосы, украдкой целуя в макушку.
- Почему же ты не вернулась, когда... когда поняла, что у нас будет ребёнок?
- Да я в последнюю нашу встречу уже это знала. Потому и растерялась. Сначала обиделась на твою реакцию... не ожидала, спряталась, а потом... потом думала уже поздно. Что ты не поймёшь или... что ещё страшнее...
- Что? ЧТО именно может быть страшней?! - Его губы ловили катящиеся из глаз женщины и заливавшие лицо горькие слёзы.
- Откажешься... от нас.
У Мефодия перехватило дыхание сначала от обиды, что она могла хотя бы вообразить себе такое. И вместе с тем вдруг какая-то острая жалость к юной Фанни — этой глупышке пронзила сердце, когда он подумал, каково ей жилось все эти годы. Тогда мужчина задал ещё один, не менее важный, мучивший его вопрос:
- Ну, а потом?
Она отрицательно затрясла головой.
- Но ты же могла снова полюбить, выйти замуж... - Мягко настаивал писатель. - Завести ещё детей. Я ведь так понимаю, Лейла в основном росла у бабушки...
Женщина судорожно всхлипнула и снова яростно замотала головой:
- Никогда!
- Но почему же тогда...
Феофания не дала ему договорить, перебив:
- Дочь мне всё время напоминала о тебе и о том, что не свершилось... Мне казалось, что это она... именно она разбила моё хрупкое счастье. Точнее, хрупкую надежду на него. И ещё...
Мефодий не знал что и думать:
- Куда уж ещё? - Чуть слышно спросил.
- Чувство вины... я всё время испытывала перед вами обоими чувство вины. Скажи, могла ли я оставаться здесь? На месте.
- Книгу, что я тебе тогда дал, ты поэтому спрятала?
- Я надеялась, что Лейла никогда не получит её, ведь иначе...
- Она могла разыскать меня?
Кивнув, женщина вновь захлебнулась рыданиями.
- Фанни, дорогая, не надо плакать, - Мефодий не знал, как успокоить её, такую хрупкую и... такую же любимую, он начал порывисто целовать её пальцы, продолжая говорить между поцелуями, - всё же хорошо. Уже всё хорошо. Что было — то было. Мы ведь теперь вместе.
Но Феофания никак не могла успокоиться, и тогда писатель схватил в охапку её маленькую фигурку и начал баюкать как маленькую. Через некоторое время, немного успокоившись, женщина так и уснула на его груди, периодически ещё судорожно всхлипывая. Мефодий весь остаток ночи просидел в кресле со свей драгоценной ношей, чутко прислушиваясь к дыханию ещё одного своего, вновь обретённого, драгоценного существа.
Да, наш автор ждать умел, как никто другой. Помните, как в той песне?
«Надо только выучиться ждать
Нужно быть спокойным и упрямым,
Чтоб порой от жизни получать...»
И в упрямстве равных ему не было. А, уж получать от жизни он не то что умел — он сам брал что и когда хотел от неё. И теперь Мефодий планомерно претворял своё намерение в жизнь.
Когда наутро любимые женщины писателя проснулись, первое что они увидели — улыбающийся Мефодий с двумя чашками дымящегося ароматного капучино. Одно — на всякий случай без сахара. Фанни сладко потянулась, разминая немного затекшее тело после сна в кресле, куда её под утро уложил мужчина, отправившись готовить утренние напитки.
- М-мм, - Феофания зажмурилась, пригубив кофе, - три ложечки сахара. Неужели ты ещё помнишь?
- Конечно! Всё, что ты любишь. А тебе, дочка, - обернулся Мефодий к Лейле, - сколько сахара положить?
Ещё не до конца проснувшаяся девушка, подняла вверх два пальца, звякнув браслетами, что-то неразборчиво пробурчала и вдруг рассмеялась звонко и заразительно.
Смех серебристыми колокольчиками рассыпался по ограниченному пространству комнаты, наполнив всех присутствующих какой-то озорной бесшабашной лёгкостью. И вся семья вслед за девушкой принялась задорно, до слёз заливаться радостным хохотом.
Отсмеявшись, утирая рукавом выступившие слёзы облегчения и счастья, Мефодий наконец сумел выдавить:
- Солнышко, а над чем мы смеялись? - Вызвав очередной пароксизм заразительного смеха у остальных.
Через некоторое время Лейла смогла-таки ответить:
- Лейла Мефодиевна, ну, очень забавно звучит...
Можно догадаться, что воссоединившаяся семья закончила смеяться ещё нескоро.
Окончание здесь:
#авторская_повесть
#историиспродолжением
#современная_проза
#МистикаинетолькоСНЛ