В студенческом общежитии мы жили дружно. Часто, без злого умысла, подкалывали друг друга. Лерыч и Слепой (потому что иногда пользовался очками) были не такими уж друзьями, скорей приятелями. Два красавца гренадёра. Лерыч в своё время занимался академической греблей, а Слепой, до института, показывал очень серьёзные результаты по вольной борьбе. В коридорах общежития было постоянное броуновское движение, народ сновал по комнатам в поисках сам не зная чего. Как-то, без особой надобности, Лерыч оказался в комнате Слепого. Тот лежал на кровати тупо уставившись в потолок, и какой-то непривычно тихий. Обычно, при виде любого попадающегося на его пути, сразу начинал рассказывать ему анекдоты, хохотать, размашисто жестикулировать. А тут такой беспомощный, у Лерыча даже мелькнула мысль что ошибся комнатой, и это кто-то другой на кровати, но тут Слепой тихим голосом с придыханием и небольшими паузами заговорил:
- Лерыч, как хорошо что ты зашёл... Я тут с утра проснулся, чувствую, ноги опухли... не двигаются... Наши все уже в институт ушли... Мне в туалет бы... Взорвусь сейчас!
Надо, так надо. Лерыч взвалил тушу Слепого на плечи и повалок в туалет. Общежитие по строению напоминало пентагон. На каждом этаже до ста комнат и только два туалета, правда большие. До туалета метров тридцать. После туалета Слепому нужно было срочно забрать долг у ребят живущих этажом выше. Они получили стипендию, и если сейчас не забрать у них свои деньги, то с ними можно попрощаться до следующего месяца. Затем на первый этаж, в столовую, иначе Слепой просто сдохнет от голода. Наконец на четвёртый этаж, домой. Лерыч уложил Слепого на кровать и почти замертво рухнул на соседнюю. Слепой лежал закинув руки за голову и как-то блаженно улыбался. "Это был славный денёк" тихо произнёс он. И уже громче, обращаясь к Лерычу:
- Слушай, вчера я новые трусы надел, думаю у них слишком резинка тугая...
Что там орал Лерыч история умалчивает.