Правительство Густаво Петро в Колумбии пытается заключить мир с повстанцами, но те, скорее, набирают силы для новой войны. В середине января 2024 г. старейшая повстанческая группировка Армия национального освобождения (ELN) и крупнейший осколок Революционных вооружённых сил (FARC), называющийся «Вторая Маркеталия» (SM) заключили пакт о «единстве и координации» в департаменте Нариньо.
Для президента Петро это нехороший знак. Нариньо – самый «индейский» департамент страны, да ещё с значительной долей чернокожего населения. Именно регионы с высокой долей «небелых» принесли ему победу на президентских выборах. В Нариньо расположена значительная, если не наибольшая, часть плантаций коки и множество центров по переработке её в кокаин. Кроме того, Нариньо расположен на берегу Тихого океана, и граничит с Эквадором: это облегчает повстанцам связи с заграницей. Борьбу с повстанцам там затрудняют высокогорный рельеф (горы вздымаются до 4,7 км.) и тропические леса.
Объединение двух коммунистических повстанческих группировок в рамках департамента – не случайность, а тенденция. Ещё в 2021 г. ELN и SM объединили силы в департаменте Араука. Этот расположенный на другом конце Колумбии регион не менее стратегически важен: он прилегает к границе с Венесуэлой; через него идут потоки наркотиков, ворованного венесуэльского бензина и другой контрабанды. Оттуда многие годы повстанцы уходили от армейских операций на венесуэльскую территорию, чтобы вернуться после отдыха и пополнения запасов.
Таким образом, теперь повстанцы берут Колумбию «в клещи» - с юго-запада и северо-востока, объединив основную зону производства кокаина с главным маршрутом его транспортировки.
И в Арауке, и в Нариньо ELN и SM в последние годы воевали не с правительственными силами, а с другим осколком FARC – «Центральным генеральным штабом» (EMC). Воевали они за контроль над производством и транспортировкой кокаина.
Известие об объединении ELN и SM вряд ли случайно совпало с информацией о продлении на полгода перемирия между правительством и EMC. Эта группировка, понесшая большие потери в боях с ELN и SM, и конфликтующая с венесуэльскими силовиками (а это перекрывает ей поставки наркотиков на внешние рынки), решила укрепить свои силы путём перемирия с властями. И президент Петро согласился, проведя торжественную церемонию, явно не соответствующую масштабам события (перемирие – далеко не мир; за 40 лет повстанцы неоднократно заключали перемирия с властями Колумбии, но война не кончается).
После того, как крупнейшая повстанческая группировка FARC (она же – «Красный картель») и правые антиповстанческие Объединённые силы самообороны (AUC) сложили оружие, часть боевиков с той и другой стороны отказались переходить к мирной жизни, не желая терять привычные и обильные источники доходов – наркоторговлю, рэкет, нелегальную добычу золота, вырубку леса, взимание денег за заложников и воровство бензина. В Колумбии, где нет мира с 1948 г., уже несколько поколений воюет, и больше ничего делать не умеет и не хочет. В таких условиях война – это самоподдерживающийся и самовоспроизводящийся механизм.
После заключения мира правые и левые боевики начали локальные войны друг с другом, а правительство не вмешивалось. Появилось большое количество обычных банд, объявлявших себя политическими борцами, и тоже заключавших перемирия с властями – для того, чтобы захватить контроль над городами и посёлками. В то же время ELN и сильнейший остаток AUG – Гайтанистские силы самообороны (AGC), или «Клан Залива» - никогда не соглашались складывать оружие, а перемирия использовали для накопления сил. В последнее время ELN заявляет, что прекратит – но не войну, а только похищения людей с целью выкупа – и лишь в том случае, если правительство профинансирует прекращение огня. Это обычный рэкет, только рэкетирует ELN не бизнесменов и фермеров, а государственную власть.
Хотя подробности условий перемирия между властями и EMC не сообщаются, СМИ полагают, что правительство обязалось «реализовать экономические проекты, направленные на преобразование сельских районов» - проще говоря, дать EMC денег. По сути, это не отличается от позиции ELN - правда, последняя требует денег за отказ лишь от одного из видов преступной деятельности.
После объединения ELN и SM можно констатировать, что план под названием «Тотальный мир», с которым Петро пришёл к власти, окончательно провален. Тем более, что группировка AGC, связанная с мексиканскими наркокартелями, уже вышла из режима перемирия.
Численность каждой из четырёх крупнейших вооружённых группировок (ELN, SM, EMC и AGC) – 3 – 4 тысячи боевиков, итого в общей сложности 12 – 16 тысяч. Что для 50-миллионной Колумбии очень много, учитывая их большой боевой опыт, солидные доходы и международные связи. При необходимости каждая из них может призвать в свои ряды ещё большее количество людей – в их зонах контроля работы нет, а молодёжи много, и традиции партизанщины и бандитизма очень сильны.
Тем временем политика Петро быстро теряет популярность. Неудачи «Тотального мира» усугубляются безграмотными псевдоэкологическими инициативами: правительство готовится полностью отказаться от добычи нефти, газа и угля, приносящих большую часть дохода стране (исключая наркотики). Это очень сильно пугает колумбийцев, особенно бизнес и средний класс, тем более, что власти не говорят, чем они собираются замещать выпадающие доходы. И мир с бывшими повстанцами и экс-милиционерами, давно превратившимися в обычных наркоторговцев и рэкетиров, колумбийцев пугает, причём ещё сильнее. Особенно теперь, когда ясно, что мир существует только в воображении президента. Хотя, какова его истинная цель – непонятно: ведь он сам в молодости был повстанцем.
На региональных и местных выборах в октябре 2023 г. Петро и его партия проиграли почти повсеместно. Само по себе это нормально: левые победили на выборах, не сумели реализовать свою программу – и начали терпеть поражения. Но в условиях возобновляющейся гражданской войны это не так уж хорошо. Повстанцы и бандиты, и без того не выполняющие условий перемирия, решат, что с правительством вообще можно не считаться, и активизируют свою деятельность.