Какой раз Марина за сегодняшний день начинала рыдать? Плачет, захлёбывается , а ведь так ничего не рассказала. И домой почему то не торопится. Почему? Не ждет там ее никто? Почему? Куда делись? Ведь два месяца назад Марина очухалась и ушла к семье. Зять, дочь, и двое внуков. Ушла. И не было ее чуть больше двух месяцев. Значит все хорошо было? А что случилось , что в деревню вернулась бешеная старуха? Вроде как собирается что то рассказать , а не рассказывает. Вроде успокоится, и глаза поднимет, а опять рыдает, как ненормальная! Что за тайна такая за семью печатями ? Когда она разговорится то?.
Две женщины гладили по плечам третью и не знали, что делать. А третья лежала на столе и всхли́пывала. Зина встала, знаками что то объяснила Свете и пошла за травой. Если не сгоношить успокоительный чаек, Марина на слезы изойдет. А так, чайку попьет, успокоится , может поспит, и всё расскажет. Чай Зина заварила быстро. Причем заварила не кружечку, а целый бидончик. Весь бидончик и принесла в кухню. Поставила этот бидончик на стол, постояла, подумала , и налила душистого чаю в большую кружку. Потом попробовала, горячо или нет, добавила в кружку большую ложку меда и еще раз попробовала.
- Марина, пей давай, я тебе чай приготовила.
- Сейчас Зина , выпью. Хоть одеревенею от него.
- Ты спать будешь, или на стуле посидишь?
- Зина, а принести мне пожалуйста одеяло, брось к печке. Можно я здесь полежу, замерзла.
- Так давно надо было сказать. Сейчас принесу.
- Зин, а можно еще платок какой нибудь старый? На одеяло лягу, платком накроюсь.
- Сейчас принесу, ты пей
Марина взяла обеими руками большую чашку и стала пить маленькими глотками. Света смотрела на нее, и по Марининому лицу было видно, что на вкус этот чаек ей очень нравится. А Зина тем временем принесла старую перину, одеяло и подушку, и устроила Маринке кровать у печки. Кровать получилась славная, уютная. Маринка тем временем опустошила кружку и налила себе еще. Опять погрела руки и опять выпила. Света смотрела на Марину, и думала о том, что сейчас весь этот чай попросится наружу. Но Марина тоже это понимала, поэтому сначала прогулялась вглубь двора, а потом пришла, стянула платье через голову, залезла под одеяло.
-Вроде легче стало от твоего волшебного чаю. Ты мне домой потом травки намешай. А то там то меня точно накроет.
- Так ты еще и домой вернуться собралась?
- Обязательно. Сейчас приду в себя, сроки сойдутся, и поеду.
- А может не надо?
- Как не надо? Там без меня все рассыплется.
- А я то думала, что уже все рассыпалось!
- Ты права, рассыпалось , но не все. Вот то, что осталось , надо как то уберечь.
- А ты знаешь как?
- Не я, ты Зина должна знать.
- Почему ты так решила?
- Потому что ты самая мудрая среди нас. И много чего в этой жизни видела. А еще колдовать умеешь. Вот тебе и карты в руки.
- Какие карты?
- Судьбы моей карты. Сейчас вот расскажу тебе все, что со мной произошло, от чего я за два месяца в старуху превратилась, а ты думай, думай, как жить дальше. Мне как жить? Потому что есть мне за что зацепиться в этом мире, а вот сил нет. Потому что устала я так, что ноги передвигать не могу. Поэтому слушай внимательно , идти мне больше не к кому. А я знаю, ты все можешь. Слушай. А ты, Света, подумай, нужны тебе чужие страсти или нет. Даже я боюсь это все вспоминать, а ты девочка молоденькая , у тебя вся жизнь впереди. Не, я тебя не выгоняю. Ты столько для меня сделала, имеешь право знать обо мне все. Просто подумай заранее, нужна ли тебе страшная сказка со страшным концом.
Но Света не собиралась уходить. Она добавила в самовар уголечков, всем налила успокоительно́го чаю с медом, достала из буфета баранки. А баба Зина , неожиданно для себя перебежала через двор, закрыла ворота на засов, а дверь на щеколду. Не надо гостей в такой момент. Двое сели за стол, а одна у печки на перине, закутавшись в одеяло. Вот она и вещала. Тихо тихо , почти шепотом.
Поддержать канал 2202206274060537