Читрасен Саху родился 12 октября 1992 года. Он был обычным парнем, любил приключения, восхождения — вёл такой же образ жизни, как и мы. Однажды он ехал в поезде — а в Индии поезда ходят, не просто сильно набитые, а буквально облепленные людьми, пассажиры свешиваются гроздьями из дверей, окон и даже с крыш. Читрасен держался за поручень у выхода, а толпа напирала, так что он вывалился под колёса поезда, который отрезал ему ноги.
У нас многие инвалиды опускаются, спиваются, лежат в грязи, несмотря на неплохие возможности реабилитации. В Индии у людей гораздо меньше выбора, чем у нас, но Читрасен решил не сдаваться и остаться в строю. Первой его горой, куда он поднялся на костылях, была Костюшко в Австралии. Но потом он решил, что хочет вернуться в большие горы. В июне 2021 года он написал мне письмо и сообщил, что хочет подняться на Эльбрус, рассказал свою историю. Когда он всё это описывал, в некоторых его словах было столько боли, что я узнавала себя. Я рассказала о нём нашим гидам и они согласились помочь.
Это была малобюджетная экспедиция — мне просто хотелось, чтобы он взошёл. Я вспоминала, как после аварии на К2 боролась за существование, год провела к инвалидной коляске, и никто не смог протянуть мне руку. А некоторые наши персонажи из мира альпинизма сказали: «Да тебе же конец!» И я решила, что просто помогу этому человеку. Конечно, ему пришлось оплатить необходимые расходы, трансферы, но это был минимум.
В августе он прилетел на костылях, с натёртыми культями, гиды посмотрели на него и сказали: «Посмотри: он даже в городе хромает! Как мы поднимемся, вообще непонятно: он иностранец, и будет полная катастрофа, если что-то произойдёт на Бочках». Но он стойко говорил: «Для меня это важно, пожалуйста помогите».
Это был пик сезона, у нас подряд шли группы. Наши гиды — Женя, Чатур, Азнаур, все были на выходе. Я пошла с Читрасеном на акклиматизацию. Наверх мы шли нормально, я опасалась проблем на спуске и предлагала не подниматься высоко, но Читрасен хотел проверить себя, чтобы не было сюрпризов на штурме. Я знала историю Марка Инглиса, там была почти такая же проблема. Инглис восходил на Эверест с командой Рассела Брайса - я с ними в очень хороших отношениях, у меня даже работает племянник их начальника — Тенцинг, прославленный гид. У Рассела вообще классные гиды и он очень честный человек, мы постоянно общаемся. И я решила посоветоваться с ними, узнала, что Марк на восхождении разбил культи, они у него распухли и адски болели, и я боялась, что Читрасен тоже разобьёт ноги. В таком случае был риск получить заражение крови — на высоте же быстрее идут эти процессы.
На акклиматизационном выходе мы без особых проблем поднялись до 4800, а на спуске начался тихий ужас. Железная нога не имеет ударной силы, она просто проскальзывает. Моя пришитая нога проскальзывала точно так же. Она вроде и в кошках, но я не могу ею ударить — это больно. А у него обе ноги такие. И вниз…
Участки возле Приюта Одиннадцати, возле Пастухова, где спускаешься на ледовое поле — это реально крутые спуски. Когда мы спускались со скал Пастухова, из его культи капала кровь… За нами тянулся кровавый след. Я делала ступень за ступенью, чтобы он мог поставить туда ногу в кошке. И при этом он на меня сильно опирался, так что я боялась, что мы вместе улетим, мне с моей искалеченной ногой тоже было тяжело. Потихонечку мы спустились, но его ноги после такого длительного выхода начали гноиться. Благодаря советам Рассела у нас был запас фурацилина, тазики, чтобы промывать его раны, мы попросили Азрета сделать уборную с сидушкой, и эта деревянная будка потом стояла ещё какое-то время.
После акклиматизационного выхода пару дней Читрасен восстанавливался. А тут закончилось погодное окно, причём в прогнозе не было никакого просвета. Гиды выбрали относительное затишье, но всё равно, когда парни сели в ратрак, был буран. Мне было жутко. Пацаны взяли коврик и верёвку, чтобы в случае чего, потащить Читрасена волоком. Я осталась на рации в лагере. Гиды сказали: «Не беспокойся, всё под контролем — просто спокойно жди».
Но я не могла найти себе места, думала — лучше бы я была с ними, потому что когда он ходил со мной на акклиматизацию, я без слов понимала, что ему мешает, где может быть проблема. Я боялась, что наши здоровые кони будут его волочить и причинять лишнюю боль. Но надо отдать должное гидам — они оказались молодцами. Потом они сказали: «Мы видели, что у него с ногами, мы же не сумасшедшие!» Они привязали его между собой и повели. Ещё один гид снимал, и получился даже очень неплохой фильм, правда, на английском — скоро сделаю русский дубляж.
На вершину Читрасен зашёл своими ногами, но вниз его пришлось спускать.
Надо было быстрее уходить с горы, поскольку это относительное погодное окно немного позже грозило превратиться в бурю.
Везде, где были опасные крутые спуски, парни несли его на коврике - так они спустились в лагерь. В день спуска мы прошли не до Азау, а сразу же уехали в Минводы, потому что понимали, что Читрасену необходимо как можно быстрее восстановиться в максимально комфортных условиях. Мы были к этому готовы, потому что Инглиса после штурма тоже увезли в Катманду.
Потом я спросила: «Читрасен, почему ты выбрал именно нас?» Ведь он выбирал из всех фирм мира. Он ответил: «Я читал твою историю про К2 и подумал, что ты сможешь понять мою боль».
Мы по сей день общаемся и дружим. Читрасен сейчас является одним из лидеров движения инвалидов Индии, продолжает ходить в горы, заниматься разными активностями, и ещё одна замечательная новость — скоро он женится.
Оксана Морнева, директор компании "Макалу-Экстрим"