Сегодня исполняется 100 лет со дня рождения народного артиста СССР Владлена Семеновича Давыдова (1924 – 2012).
Как человек обретает свое призвание? Иногда чтобы найти собственный путь, нужно побродить по разным дорогам, а бывает, что все счастливо складывается уже в детстве. В конце 1930-х годов у Московского Художественного театра часто можно было увидеть юношу, почти подростка, который не только ходил на большинство спектаклей, но и фланировал возле служебного входа, надеясь встретить артистов: Качалова, Москвина, Кторова, Кудрявцева, Попову. А увидев их, смело подходил и о чем-то с ними разговаривал. И корифеи МХАТа отвечали, беседовали с юношей охотно и внимательно.
Звали молодого человека Владлен Давыдов. Было ему 16 лет, спектакли во МХАТе он смотрел десятки раз, и все свои впечатления от постановок и от встреч со мхатовцами записывал в дневнике. Сегодня эти ученические тетрадки за 1939–1946 годы бережно хранятся в Музее МХАТ, это ценнейший документ времени, отразивший атмосферу культурной жизни той поры.
Первым спектаклем, который Владлен увидел во МХАТе, оказался «Платон Кречет». Было ему тогда 11 лет, он учился в 5 классе. Шел 1935 год. Увиденное так поразило мальчика, что он написал письмо в «Пионерскую правду».
«Я два раза смотрел постановку "Платон Кречет" в филиале Художественного театра. Я очень рад, что в этом театре так хорошо играют артисты. Хочу их поблагодарить. Когда я вырасту, то буду артистом именно в этом театре».
Мальчику неожиданно ответил Илья Судаков, режиссер «Платона Кречета»:
«Дорогой тов. Давыдов! Благодарим Вас за хороший отзыв. Кончайте успешно школу и если действительно захотите в будущем быть актером – приходите экзаменоваться в наш театр».
Окрыленный этим ответом, Владлен поставил себе цель – во что бы то ни стало получить профессию артиста. Он умудрялся как-то совмещать учебу в школе, игру в драмкружке и безумное увлечение театром, ходил не только во МХАТ, но и на спектакли других трупп, на концерты и творческие вечера, много читал. А еще писал письма любимым артистам, задавал в них вопросы, касающиеся тонкостей актерской профессии. И выдающиеся деятели сцены отвечали увлеченному подростку, присылали ему свои фотокарточки с автографами. Среди отвечавших был и Иван Михайлович Москвин. Однажды, в 1938 году, Иван Михайлович приехал выступать на районный слет пионеров в московский Планетарий. Школьник Давыдов подошел к нему со своими пытливыми вопросами.
«И вот с этого дня я уже перед каждым спектаклем, где играл Москвин, на правах "старого знакомого" подходил к его подъезду и провожал его до театра, а потом, после спектакля, назад до дома. В дневнике у меня подробно описаны все эти "встречи" и "проводы", а их было около тридцати», – вспоминал Владлен Семенович в своей книге «Театр моей мечты».
Война отсрочила его планы, но не помешала им: поступать в только что образованную Школу-студию МХАТ Владлен Давыдов пришел в 1943 году. Это был самый первый набор. В то время 19-летний Давыдов проходил военную службу, был начальником телефонной станции Наркомата ВМФ. Идти в вуз он имел право, лишь демобилизовавшись. Но Давыдова на выбранном пути было не остановить: он добился возможности приехать из Куйбышева, куда был эвакуирован Наркомат ВМФ, в Москву, консультировался в столице с артистом МХАТа Василием Орловым, который должен был преподавать в Школе-студии, читал ему стихи и прозу, попал на прием к директору театра Владимиру Месхетели. Во МХАТе его уже знали, к тому же налицо были прекрасные данные: красота, рост, голос, мужественное обаяние, темперамент. Его приняли!
Легендарный завлит Художественного театра Павел Марков называл этот самый первый курс Школы-студии «победителями» (в театре тогда шли репетиции спектакля под таким названием). Однокурсниками Владлена Давыдова были Евгения Ханаева и Михаил Пуговкин, Владимир Трошин и Владимир Дужников, Анатолий Вербицкий и Иван Тарханов, Маргарита Юрьева и Маргарита Анастасьева, ставшая его женой. Шестнадцать человек с курса были приняты в 1947 году во МХАТ.
Но хоть Марков и окрестил выпускников курса «победителями», в реальности все обстояло куда сложнее. Труппа МХАТа в те годы неимоверно разрослась (160 человек!), театр переживал тяжелый кризис. Новобранцев выделили в отдельную «студийную группу». Они участвовали в массовых сценах, на них был поставлен «молодежный» спектакль «Домби и сын», где Давыдов играл Джеймса Кэркера, «Мещане», где он занят не был. И… все. Многие пьесы, которые тогда выбирал для постановки МХАТ, оказались безнадежно слабыми, конъюнктурными. Вот и получалось: сил и таланта у молодых было в избытке, а возможностей приложить все это – мало.
«И хотя нашими однокурсниками, да и пришедшими из Студии позднее, было все-таки сыграно много удачных ролей и в театре, и в кино, но считается, что “третьего поколения” артистов МХАТа не получилось, что это – “потерянное поколение” в театре», – с горечью писал Владлен Семенович в своей книге.
Он был хорош в ролях, где требовались чувство стиля, историческая точность, четкость формы. При его стати и благородстве черт ему прекрасно удавались образы людей из высшего общества. Одним из первых таких спектаклей стал «Идеальный муж» по пьесе Оскара Уайльда. Вот как вспоминал об этом сам Владлен Семенович: «В 1945-м, после премьеры, В.Я. Станицын поздравил нас всех, а мне на программке написал: “Владлена поздравляю с первой "фрачной ролью"!” Действительно, это оказалась не последняя моя “фрачная роль” в “Идеальном муже”. Спектакль имел большой успех. Он был в репертуаре МХАТа 36 лет и прошел 1164 раза! Я играл в нем потом и эпизодическую роль мистера Монфорда, и одну из главных – лорда Горинга, а затем и главную – сэра Роберта Чилтерна, этого “идеального мужа”».
Легко представить, как могло бы эксплуатировать кино артиста с такой выигрышной внешностью, с таким подкупающим обаянием. И Владлен Давыдов действительно с молодости снимался: сыграл в фильмах «Встреча на Эльбе», «Кубанские казаки», «Хождение по мукам», «Человек-амфибия» и других. Но театр для него всегда был неизмеримо важнее. Хорошо об этом написала Ольга Александровна Радищева: «Преданность Давыдова к Художественному театру, тяготение к углубленному актерскому искусству защитили его от опасности превратиться в тиражируемого героя».
Даже отрицательных персонажей он делал объемными, противоречивыми людьми, старался раскрывать перед зрителями причины их поступков. Такими предстали Тальберг в спектакле Леонида Варпаховского «Дни Турбиных», Крогстад в «Кукольном доме». Этот интерес к сложному внутреннему миру человека делал его убедительным в ролях героев Чехова и Достоевского. Владлен Давыдов сыграл Ивана Карамазова в «Братьях Карамазовых», Кулыгина в легендарной постановке Немировича-Данченко «Три сестры», а после прихода в театр Олега Ефремова не раз выходил в его чеховских спектаклях: был Дорном и Сориным в «Чайке», Серебряковым в «Дяде Ване», Лебедевым в «Иванове», Ферапонтом в «Трех сестрах».
Любовь к Художественному театру, буквально обрушившаяся на Владлена Давыдова еще в детстве, дала ему в итоге вторую профессиональную жизнь. Не переставая играть на сцене, в 1985 году он стал директором Музея МХАТ. И был им на протяжении 15-ти лет. Составил сборник, посвященный своему любимому артисту Борису Добронравову, участвовал в создании книг о Евгении Евстигнееве, Борисе Ливанове, Иннокентии Смоктуновском, в подготовке энциклопедии к 100-летию МХАТа.
Владлен Семенович Давыдов прожил долгую жизнь – 88 лет. И все эти годы рядом с ним была его супруга, бывшая однокурсница и партнерша по мхатовской сцене Маргарита Викторовна Анастасьева. Заслуженная артистка РСФСР Маргарита Анастасьева играла во МХАТе до 1985 года. Она ушла из жизни совсем недавно, в апреле 2022 года, в возрасте 97-ми лет. А их сын, Андрей Владленович Давыдов, заслуженный артист России, сыграл во множестве спектаклей Художественного театра, и сегодня его можно увидеть в постановке Яноша Саса «Мастер и Маргарита».
«Художественный театр я полюбил с детства. В тридцатые годы я пересмотрел все спектакли с участием великих актеров. Без них и моя судьба была бы иной», – так сказал однажды Владлен Семенович Давыдов. И это чистая правда.
Фото из фондов Музея МХАТ