Нет, мы, конечно, родители добрые, любящие и с пониманием относимся к нуждам окружающих. Можно сказать, с трепетом относимся.
Но согласитесь, нужды нуждам рознь. Вот, к примеру, такая острая жизненная потребность, как ранний завтрак. Это нужда? Я считаю, с какой стороны посмотреть на часы. Если рассматривать приём пищи в ракурсе дня уходящего, то есть те самые минуты, когда родители погрузились в первые сладкие сновидения , то какой же это завтрак. Это, пардон, очень поздний ужин, плавно перетекающий в ночной дожор, и с точки зрения папматери потребностью, тем паче жизненной, никак являться не может. Но если взглянуть на ситуацию с точки зрения котов, успевших переварить первый ужин и крепко выспаться, поздняя ночь есть не что иное, как раннее утро. Поэтому завтрак до первых петухов самая что ни на есть острая, острее не бывает, жизненная необходимость.
Тут налицо конфликт интересов, и его разрешение зависит от множества факторов. Немаловажную роль играет конкретный час. Если родители ещё не до конца утонули в снах, то кто-нибудь из них под непрекращающуюся хурму найдёт в себе силы отскрестись от подушки и, пробиваясь сквозь толпу страждущих (откуда только набежали, орал то один), добрести до кухни, чтобы задать корм коням котам.
Однако если сон уже вошёл в глубокую фазу, то всё, голубчики. Считайте, никакой потребности у вас нет, и никто вас ублажать не будет. Из принципа. А потому что родители тоже люди, хоть и обслуживающий персонал, и с часу ночи до четырёх утра их законное время для отдыха. То есть в данном временном интервале нужда автоматически превращается в прихоть.
Далее, уборка лотков. В силу сопутствующих обонятельно-звуковых эффектов родители являются в данном случае заинтересованной стороной, хотя твёрдо убеждены в том, что раскопки и особенно закопки не обязательно совершать через полчаса после раннего завтрака (он же поздний ужин, см. выше).
Но существуют и другие нужды, пусть не так явно лежащие на поверхности. Одна из сторон (та, которая нуждается) может не до конца осознавать их остроту, но другая (или даже другие) не сомневается - эту нужду необходимо удовлетворить прямо сейчас, не затягивая ни на минуту. К данной категории относится потребность в учебно-воспитательном подзатыльнике.
Вы уже видели эти глаза, aлчнo пожирающие невинную БабМасину корму? Вооот. А мы их тут наблюдаем постоянно, и всё время они устремлены на какой-нибудь аппетитный объект, благо, что недостатка в объектах нет. С точки зрения обладателя невинных голубых глаз имеется острейшая необходимость, не откладывая дело в дальний ящик, напасть, откусить, потрепать и так далее.
Но те, на кого нацелены "эти чистые глаза, этот уверенный взгляд", имеют в рассматриваемой ситуации иную точку зрения, что немудрено, поскольку именно они являются счастливыми обладателями аппетитных объектов. Несмотря на численный перевес, прекрасной дамской половине кошачьего сообщества не хватает коллективных мозгов, что объединить усилия и устроить "тёмную" одному чересчур резвому блондину. В нашем гареме царит закон джунглей - пока едят моего соседа, я мирно жую траву и радуюсь, что едят не меня.
Родители, кстати, также являются заинтересованной стороной, потому что смотреть любимый сериал под аккомпанемент визгов, воплей и рычаний не совсем удобно. И возникает редкая ситуация, когда интересы сторон совпадают - одни хотят мирно облизывать окорока, вторые желают смотреть на голубой экран, а третий, пусть и неосознанно, просто жаждет азартно увернуться от нежного родительского подзатыльника и, радостно задрав хвост, ускакать по своим делам.
В качестве демонстрации картина вчерашнего вечера. Сразу скажу - уютно расположившись на диване, родители пытались воздействовать на главного интригана словом, потому что вопрос о его глухоте остаётся не до конца раскрытым (или закрытым?). Поэтому девушкам пришлось разруливать самостоятельно. Однако спустя некоторое время каждый получил, что хотел - девы покой, а мачо свой законный под...опник.
Итак. Поужинали. Сидим, смотрим кино. Ночка с большим комфортом разлеглась в кресле напротив, свернувшись уютным клубком на тёплом электроковрике. Манечка, успев три раза приложиться к мискам, любовно нализывает свои кустодиевские формы на батарее. БабМася затаилась где-то в шапке и не отсвечивает, что мудро, потому что одному товарищу не спится, не сидится и не лежится.
Стоило только всем окончательно расслабиться, как из коридора доносится бодрый цокот - оптимистичной рысью в зал влетает мачо. Он тоже отужинал, причём неоднократно, и теперь испытывает насущную потребность пустить съеденные калории на дело. Действительно, не пропадать же накопленной энергии!
Все, ясно дело, слегка напряглись. Девы по опыту знают, что кому-то прилетит. Вопрос в том, кому в первую очередь.
Первым на пути следования жизнерадостного мачо оказывается кресло с затаившейся Ночкой. Собственно, та уже смекнула, что лафа закончилась, и в меру своих интеллигентных сил готовится к самообороне.
Бетюха, аллюром доскакав до кресла, замирает в позе охотничьей собаки, учуявшей утку в камышах. Родители на диване тоже замирают: "Ну ты смотри, каков наглец! Не трогай Ночку, тебе говорят! Иди, куда шёл, башибузук!"
Башибузук, не поведя ухом (наверное, всё-таки глухой?), встаёт на задние лапы, устанавливая передние аккурат напротив широко раскрытых Ночкиных глаз. Дева сдавленно сипит в ответ, готовясь к безоговорочной капитуляции.
"Ужо я тебе, окаянец, - мать нехотя начинает выбираться из глубин дивана, - сейчас, глянь вот, подушку взяла..."
Окаянец, оглянувшись в сторону возмущенной родительницы (притворяется, не глухой?), решает, что игра не стоит свеч, и продолжает путь - в направлении прекрасной донны.
Чтобы не вызывать ни у кого подозрений, Бетька усиленно делает вид, что прекрасная дева на батарее его решительно не интересует - парень просто мимо пробегал, чего такого то? Ой, смотрите, какая чудесная когтеточка, отчего бы на ней не посидеть? А вы, девушка, что это напряглись? Нам до вас и дела нет, сидим, никого не трогаем, примусы починяем...
Далее события развиваются молниеносно. Бетховен, решив, что он уже достаточно усыпил бдительность окружающих (как там мать? ага, уселась, вроде подушки в руках нет), пододвигается к краю когтеточки, на расстояние выстрела, равное длине вытянутой мачевской лапы.
Маня...Вы слышали, как шипят змеи? Я - нет, но сильно подозреваю, что в Манином исполнении звучит очень похоже.
Но что могут поделать пять кг рубенсовской красоты против семи кг маскулинности? Бросок, удар, донна с максимально независимым видом гордо удирает в спальню, а мачо, взгромоздившись на батарею, деловито обнюхивает насиженное обожаемым филеем место. "Я готов целовать песок, по которому ты ходила..."
И скажите теперь, что эта большая мягкая белая сущность не испытывает нужды в любящем подзатыльнике? Да она просто мечтает об этом!