В XVII-XVIII веке за ворожбу преследовали в том числе и представителей аристократических фамилий. Так, в 1758 году перед судом предстал камергер Петр Васильевич Салтыков, который при помощи колдунов пытался извести жену и тещу и одновременно заслужить милость государыни.
Из знатной фамилии
Петр Васильевич Салтыков — представитель славного рода. А мать его принадлежала к роду Голицыных, не менее знатному и славному.
Петр Салтыков родился в 1724 году, при дворе имел чин камергера, который объединял обязанности ушедших в прошлое стряпчего с ключом, комнатного стольника и спальника. Чин был высокий и приравнивался к генеральскому, при дворе камергеры играли большую роль и входили в круг придворных, приближенных к августейшим особам.
Тайная страсть
Свадьба с первой невестой — герцогиней Курляндской — у Петра Салтыкова расстроилась в 1751 году.
К супруге же Петр испытывал отвращение. Мария Федоровна, по его словам, везде наговаривала на мужа и жаловалась, что Козловский пользуется его особым расположением.
В итоге ситуация стала для Петра Салтыкова невыносимой, и он решил, что лучшее решение — это колдовство. С его помощью он хотел избавиться разом от жены, тещи, а заодно добиться расположения императрицы Елизаветы Петровны и получить от нее разрешение жить в Москве. Начались поиски колдуна.
Колдовство: грех или преступление?
Борьба с колдунами в России то уходила на второй, третий или даже десятый план, то обострялась вместе с борьбой за церковное благочестие. Ведь колдовством зачастую объявлялись или ереси, или пережитки язычества, которые прочно вошли в быт.
Если в XVII веке за колдовство можно было серьезно поплатиться, то при Елизавете Петровне положение изменилось. Она относилась к такого рода преступлениям снисходительно, видя в них не злой умысел, а глупость. И наказывала все чаще не смертью, а церковным покаянием.
Кстати, о глупости. Упомянем лишь одну небольшую деталь. Екатерина II писала о нашем герое Петре Салтыкове в своих записках: «Это был дурак в полном смысле слова, у него была самая глупая физиономия, какую я только видела в моей жизни. Большие неподвижные глаза, вздернутый нос и всегда полуоткрытый рот; при этом он был сплетник первого рода». Но это так, к слову.
Травы, корешки и наговоры
Салтыков поручил уже упоминавшемуся Василию Козловскому, а также управляющим имениями Толмачеву и Антонову найти ворожей и колдунов. В итоге для него отыскали 5 мужчин и 2 женщин. Отбор проводили тщательно, в том числе присылали кандидатов из Малороссии, где у Салтыкова тоже были имения. В основном это были травники и лекари, правда, некоторые лечили «с наговором», но и в этом большого преступления не было.
Отыскав, как ему казалось, достойных исполнителей, Салтыков приступил к воплощению своего замысла. Первое, что он хотел, — извести жену. Деревенский знахарь и коновал Трофим Жеребец вызвался помочь, составил травяной сбор и велел дать жене выпить с квасом. Эти же травы надо было рассыпать вокруг дома тещи Салтыкова, что тоже якобы было верным средством, чтобы извести родственницу. Правда, дворовый испугался и травы сыпать не стал.
Другой ведун по имени Игнатий Никитин составил сбор трав, который должен был вызвать расположение императрицы к Салтыкову. Их надо было рассыпать во дворце, добавить еще парочку магических действий, и тогда государыня проявила бы милость.
Волшебство эффекта не дало, и Салтыков продолжил попытки. Следующий колдун дал ему травы, чтобы носить в башмаке — без результата. Другие ведуны велели носить на шее корешок и кусочек воска — тоже не помогло.
Все закончилось тем, что в 1758 году на Салтыкова донес его же «подельник» — управляющий Толмачев.
Окончательное решение императрицы
Следствие шло быстро, и в конце 1758 года суд вынес решение: все колдуны и ворожеи были отправлены или в ссылку, или на работы в монастыри, или в солдаты. Двое, правда, умерли во время следствия.
Самого Салтыкова отправили в Соловецкий монастырь и заточили в тюрьму, передав имение жене и его малолетнему сыну Василию. Мария Федоровна оказалась женщиной деловой, сумела расплатиться с долгами и даже выкупить заложенные мужем драгоценности. Петр III, решив облегчить судьбу вельможи, разрешил Салтыкову вернуться в одну из принадлежавших ему деревень. Там наш герой взялся за старое и опять нашел колдунью, которая провела обряд, дабы новая императрица проявила к Салтыкову благосклонность. Опять последовал донос, после чего Екатерина II повелела колдунью наказать, а «арестанту Петру Салтыкову нашим указом объявить, чтоб он, чувствуя в преступлениях своих угрызения в совести, жил тихо и спокойно, прося Бога о прощении грехов своих». Что и было учинено.