Кое-как объяснив ситуацию и еле отбившись от благодарного родителя, я попросил вернуть мои рыболовные снасти, оставшиеся на реке в результате спасательной операции, а сам потащился домой, еле передвигая ноги. Оказывается, спасение утопающих довольно тяжёлая работа! Попав домой счел за благо упасть на кровать и заснуть богатырским сном. Только вот поспать мне не удалось. Неугомонный Андрейкин отец поднял на уши всех представителей власти: от полиции, до сельской администрации. И все они заявились в полном составе к нам в дом. После оформления всех положенных документов оказалось, что выстраданный мой законный выходной подошёл к финальной части. Уже пора было ложиться спать, завтра опять на работу.
– Ну, что, Антон, геройски ты сегодня спас недоросля!
– О, Алексей Наумович, снова вы!
– Да вот, решил заглянуть на огонёк. Приятно пообщаться со знающим человеком.
– Никак вопросы у вас есть ко мне?
– Да как не быть! Ежели историк ты, то должон историю всю знать.
– Стараемся!
– Ответь-ка мне, брат, на один вопрос. Вот ты сказал, что Ушаков адмиралом стал.
– И вы станете. Скоро вам присвоят вице-адмирала, а потом и адмирала. Екатерина о вас очень высоко отзывалась. И я процитировал на память слова моей любимой императрицы: «Наконец имеем Мы изъявить вам Монаршее Наше благоволение за ревность вашу в исправлении порученных вам от Нас дел и обнадежить вас, что Мы не оставим сохранить то в памяти Нашей и пребудем всегда Нашею Императорскою милостью к вам благосклонны». Приоткрыв один глаз увидел на циферблате часов три единицы. Несмотря на то, что был час ночи тихо порадовался тому, что в моей жизни всё мощно и ровно идёт своим путём – таково было значение сего нумерологического знака.
Звонок будильника раздался, как всегда, резко и неприятно. На работе ждали новости. Оказывается, о моём вчерашнем поступке уже сообщили и сюда. Коллеги поздравляли меня со спасённым, хлопали по спине, и требовали проставиться. Хоть я и не понимал, почему это я должен поить их, а не они меня.
Все эти излияния прервала Екатерина Алексеевна. Она открыла дверь в наш кабинет и гаркнула почище любого боцмана: «По местам стоять, с якоря сниматься!». Наступила полная и безоговорочная тишина. Все сочли за благо разойтись по свои столам и начать копаться с невыносимо занятым видом в бумажках, валявшихся на столе уже вторую пятилетку.
Директор величественно повернулась кормой к присутствующим и удалилась из кабинета, промолвив еще только одну фразу: «А вас, Антон, я попрошу следовать за мной!». Я и последовал, а что мне еще оставалось. В коридоре остановившиеся часы показывали 5:55. Ой, сейчас нагорит мне за «методический день» по первое число…
– Ну-с, Антон Сергеевич! Расскажите, какие изыскания вы провели за вчерашний день, как научный сотрудник нашего музея.
– Вчера, Екатерина Алексеевна, мне пришлось заниматься спасением утопающих.
– Расскажите подробнее. Как вы оказались рядом с утопающими? Что вы там делали?
– Рыбу ловил, – я решил уже не отпираться, а резать правду, как она есть, – Должны же мозги хоть иногда отдыхать от научных изысканий?!
– Тут вы правы. Должны. Но не в методический день. В общем, так. За то, что методический день вы провели на речке я объявляю вам устное замечание, а за то, что парня спасли дам вам материальную помощь, чтобы вы своё подорванное здоровье могли поправить. Напишите заявление на материальную помощь.
Выходя из кабинета директора совершенно оглушенным я подумал о том промелькнувшем в окне такси, чей номер содержал три шестерки, что абсолютно точно было к деньгам, а я ещё сомневался!
