Я мама ребенка аутиста. Скоро моей дочери Кире будет 7 лет. Зачастую у детей не сразу наблюдаются подобные расстройства — в какой-то момент жизни срабатывает триггер. Далее уже лотерея: кто из родителей быстрее сориентировался и обратился к специалистам. К сожалению, путь реабилитации для людей с инвалидностью очень дорогой (это огромная статья расходов), поэтому поиск бесплатной секции — одна из основных задач. В целом, можно найти такие кружки, где за деньги примут любого ребенка, но часто родителям элементарно не хватает средств.
Когда я сама столкнулась с проблемой аутистического расстройства у Киры, было два выхода: либо начать обвинять всех вокруг, либо жить дальше. Я выбрала второй путь и, как мать, всегда стремилась дать ребенку как можно больше: чем больше он пробует и узнает, тем лучше работают нейронные связи, эффективнее проходит процесс социализации.
Хоккей Кира впервые увидела по телевизору — ей понравилось, и дочь стала просить клюшку. Наша первая клюшка была куплена в «Fix Price» вместе с мячиком. Мой отец проживает в Луганской народной республике — я связана с помощью гражданским и военным, принимающим участие в СВО. Однажды в Луганске моя подруга, у которой двое деток с инвалидностью, рассказала, что они занимаются следж-хоккеем. Тогда я даже не знала, что это такое, но договорилась и привезла дочь посмотреть, как проходит тренировка. Это была первая встреча с адаптивным хоккеем. Мы вернулись в Ростов и, несмотря на то, что это город-миллионник, такую секцию не нашли. Здесь, в целом, напряженная ситуация со льдом, поэтому попасть на тренировки ребенку с инвалидностью крайне тяжело (даже если он очень хочет заниматься хоккеем).
Меня познакомили с Дмитрием Владимировичем Дроновым, который пообещал: «Если вы возьмете на себе организационную работу, найдете лед, с финансами я помогу», — за это ему огромное спасибо! На данный момент наша ростовская команда относится к нижегородской Федерации адаптивного хоккея.