Любопытное дело. Стоило одному государству, одному источнику, одной системе потерять доверие, как весь карточный домик начал разрушаться и под сомнение ставится теперь и все остальное.
В одном историческом очерке, который довелось изучать, приводилась информация о книгах и других источниках, посвящённых определенному вопросу, определенной нации. И если раньше эти источники воспринимались бы непосредственно как источники, то теперь возникают вопросы о том, а могли ли данные источники быть не исторически достоверными? Могли ли данные источники путем подмены создавать ту мнимую реальность, которая была бы выгодна этой нации, определенному государству, определенной группе лиц?
В истории российского государства есть примеры, когда книги, авторы которых называли их "книгами, основанными на реальных событиях", эти самые реальные события использовали лишь как некую приманку, способ привлечения внимания. А затем уже в книге писалось то, что автору или какой-то группе лиц, которую этот автор представлял, было нужно. События эти перевирались, рассказывались так, чтобы это создавало определенную иллюзию, миф.
Проблема исследования истории заключается еще и в том, что заинтересованный и порядочный исследователь, стремящийся построить более-менее достоверную картину, будет стремиться получить информацию из разных источников. И вот он наберет условные десять источников информации. На основании них он сформирует некое среднее значение. А по факту может оказаться так, что пять из этих источников, вообще, не имеют к реальности никакого отношения. Может так статься, что эти источники будут просто выдумкой или манипуляцией авторов,. И тогда у такого исследователя сложится ложная картина эпохи, исторического периода, какой-то исторической личности.
В хороших гуманитарных институтах перво-наперво учат, что объективная истина непостижима. То есть человеку надо смириться с тем, что он никак не сможет узнать, как было на самом деле. Все, что было в прошлом, никогда уже не будет достоверно установлено. Человеку остается лишь довольствоваться информацией, документами, источниками, которые остались от той эпохи. И тут, конечно, надо понимать, что есть разные уровни исследования.
Историю можно изучать по государственным архивным документам, справкам, свидетельским показаниям, полученным официальным путем, а можно пойти почитать какую-то книгу, которая описывает те или иные события. И тут надо понимать, что вероятность быть обманутым во втором случае серьезно увеличивается. А первый способ настолько сложен, трудо- и время затратен, что кроме профессиональных историков заниматься этим вряд ли кто способен.
Да и у этих историков должен быть доступ к первоисточникам, к архивам, и должно быть желание и возможность этим заниматься.
А остальные могут плавать в мутной воде, где риск нарваться на жуликов, лжецов, фантазеров или псевдоэкспертов гораздо выше, чем вероятность получить достоверную информацию.
Тем выше стал шанс нарваться на ложь, чем больше стало возможностей по созданию и выпуску информации.
Тут же возникают вопросы добропорядочности авторов. Но мы должны, наверное, смириться с тем, то люди бывают разные: более или менее порядочные. И вряд ли соотношение одних к другим сильно отличается среди авторов от такого же соотношения среди обычных среднестатистических людей.
Также на восприятие информации влияет понимание того, что и фильмы, и книги в значительной степени являются инструментами пропаганды. Они есть не просто результаты творческой деятельности, а в лучшем случае представляют собой объединение творческой мысли и идеологии (или пропаганды).
С одной стороны, это приводит в уныние, а с другой - это ведь просто факты. Так работает мир.
И как то совсем непонятно, как теперь со всем этим уживаться.
Нужно добавить, что на восприятие информации из разных источников влияет вопрос доверия к этим источникам, различным связанным с этими источниками факторам (государство, национальность, народ, временная эпоха и другие). И выходит, что мы приходим к вере. Опять вопрос веры, но уже в вопросах выбора источников для получения информации о мире.
И тут, если двигаться дальше, мы приходим к тому, что разница между любителями различных конспирологических или откровенно бредовых теорий и, например, учеными только в том, каким источникам тот или иной человек принял решение доверять (или в какие верить).
Удивительное дело!
P.S. В предпоследнем абзаце речь идет об исторической науке, а не обо всех научных сведениях. Хотя, опять же, у людей, которые не имеют технической возможности провести те или иные исследования, чтобы проверить научные данные, опять же все сводится к вере в то, что написано в научных источниках, научных или научно-популярных книжках, или еще где-либо.
