Ещё одна неожиданная (для меня) находка среди старых фотографий.
2 года назад я приметила это красивое старое надгробие на Смоленском православном кладбище. К сожалению, на нем нигде нет имени усопшего. Было видно, что на нём изначально крепились бронзовые детали, которые, само собой, украли мародёры. Лишь маскароны и лиры на памятнике подсказывали, что похоронен здесь, вероятно, человек искусства - певец, танцор или драматический артист.
Пыталась искать в интернете, но безуспешно. Да и как искать, если никакой зацепки нет. Так и осталось для меня это надгробие безымянным.
Вот такое красивое, заметное издалека надгробие без какого-либо имени или даты.
А вчера, рассматривая старые фото на портале Фотодокументов, я неожиданно получила ответ на свой вопрос.
Про безымянное надгробие на Смоленке я уже и думать забыла, потеряв надежду найти имя усопшего. Удивительно, но в этой фотографии мне сразу что-то показалось знакомым. Нашла в своем архиве фотографии того, безымянного надгробия - точно, это оно!
Здесь был похоронен А.Е. Мартынов (1816-1860) - известнейший в свое время актер Александринского театра. Но сейчас могила пуста, так как его прах в советские годы был перенесен, но без надгробного памятника - он так и остался на прежнем месте.
Александр Евстафьевич Мартынов - один из величайших русских артистов. Его имя - среди основоположников реализма на русской сцене. Хотя начало его карьеры было неудачным - его первый преподаватель (актер-трагик) неправильно определил его амплуа. Мартынов не был трагиком, но и чисто комическое амплуа было для него тесным. Трагическое через смешное - вот его истинное актерское призвание.
Он играл комических персонажей, но, по воспоминаниям современников, внёс в них свою, неповторимую ноту. Например, если Хлестаков в предыдущих воплощениях был, по определению самого Гоголя, водевильным шалуном, то Хлестаков Мартынова был смешон и одновременно страшноват – пуст, пошл и ничтожен. Недаром Л.Н. Толстой считал, что именно Мартынов был первым «настоящим Хлестаковым».
Большими достижениями Мартынова стали также роли Митрофанушки («Недоросль» Д.И. Фонвизина, 1836), Синичкина («Лев Гурыч Синичкин» Д.Т. Ленского, 1840) и классический «мольеровский набор» – Гарпагон, Жеронт, Журден, Сганарель.
Как пишут театроведы, Александр Мартынов старался в каждой своей роли отыскать заложенную в ней скрытую драму. "Артист первым в русском театре попробовал сыграть «маленького человека», пусть даже в юмористической оболочке. В итоге, казалось бы, самые заурядные водевильные штампы в его исполнении приобретали мощное звучание и воспринимались зрителем как заставляющая задуматься сатира".
Мартынов был большим поклонником и пропагандистом пьес А.Н. Островского. И самые яркие достижения в его творчестве связаны именно с ними. Восемь ролей актера в пьесах Островского, в том числе Беневоленский («Бедная невеста», 1853), Коршунов («Бедность не порок», 1854), Тит Титыч Брусков («В чужом пиру похмелье», 1856), Бальзаминов («Праздничный сон до обеда», 1857), Тихон («Гроза», 1859), сделали его одним из основоположников русского реалистического театра.
Больше всего публику потрясало исполнение роли Тихона. Когда артист играл последние сцены, в зале наступала звенящая тишина.
Современники вспоминали, что Мартынов в этой сцене достигал «мочаловской силы» и воспринимался отныне не только как великий комик, но и как великий трагик.
Всего актер сыграл больше 600 ролей. Несмотря на большой успех, Мартынов постоянно нуждался, работал буквально на износ (к примеру, только в один сезон 1840–1841 годов он играл 71 роль, из них 58 новых). Такой напряжённый ритм жизни подорвал его здоровье.
В 1859 году он по настоянию А.Н. Островского отправился на лечение. Перед отъездом в честь Мартынова был дан торжественный обед, актеру поднесли приветственный адрес с подписями Л.Н. Толстого, И.С. Тургенева, Н.А. Некрасова, М.Е. Салтыкова-Щедрина, И.А. Гончарова, Н.Г. Чернышевского, А.Ф. Писемского. Но лечение за границей не помогло, болезнь прогрессировала. 11 апреля 1860-го Мартынов в последний раз вышел на столичную сцену в роли Тихона, а на следующий день уехал на гастроли. Он отработал 15 спектаклей в Москве, с триумфом выступал в Одессе, но чувствовал себя все хуже.
16 августа 1860 года в возрасте всего 44 лет Мартынов скончался в Харькове на руках у Островского.
«С Мартыновым я потерял всё на петербургской сцене», – с болью признался великий драматург.
Тело актера перевезли в Петербург. Уже на вокзале гроб с телом артиста встречала огромная толпа пришедших проводить его в последний путь. Похороны актера на Смоленском кладбище превратились в многотысячную демонстрацию его поклонников.
Памятник на его могиле был сооружен в 1860-е гг. по проекту архитектора А.В. Петцольда. На нем был установлен бронзовый бюст работы скульптора И.В. Кузнецова. На старых фото этот бюст можно увидеть. Но в 1925 году скульптура была похищена.
В 30-е годы, когда принималось решение о закрытии старых заполненных кладбищ, расположенных среди жилой застройки в исторических районах, начались работы по перезахоронению наиболее видных деятелей культуры и по переносу надгробий, представлявших художественную ценность, в мемориальные некрополи.
Был перезахоронен и прах Александра Мартынова - но без перенесения надгробия. В некрополе Мастеров Искусств (бывшем Тихвинском кладбище, что в Лавре) над его новой могилой был поставлен типовой и гораздо более скромный памятник - обычный гранитный жертвенник. Собственно, причина тут просматривается простая - мемориал на Смоленке занимает гораздо больше места, а некрополь в Лавре "заселялся" очень плотно. Ну и само надгробие, видимо, не сочли выдающимся с художественной точки зрения. Хотя оно гораздо красивее и оригинальнее гранитного жертвенника, что стоит сейчас на могиле Мартынова.
Я была на Тихвинском, но там так много похоронено известных и знаменитых людей... Я даже внимание на этот жертвенник не обратила - типовой, неприметный, обыкновенный.
Тут даже и сравнивать нечего. Прежнее надгробие гораздо красивее, не говоря уж об оригинальности. Необыкновенное надгробие для необыкновенного артиста - так задумывалось, но увы...
Я пыталась фотографировать летом. Кстати, как раз в июле - в месяц, когда родился Мартынов. Увы, пятна тени портили фото, хотя вживую смотрелось очень красиво, хотя и грустно. Ещё и пух летал вовсю.
Это не просто надгробие, это архитектурное сооружение. По обе стороны - каменные скамейки. Гостеприимно так - пришел, так садись, отдохни, подумай. К сожалению, с одной стороны скамейка уже упала. Да и красивая чугунная калитка на входе давно исчезла.
Очень жаль, что памятник не был перенесен, а был оставлен стареть и разрушаться. Оригинальная работа, и заметен издалека. Я таких на Смоленке больше не встречала.
Как бы то ни было, спустя 2 года я получила ответ на свой вопрос. Теперь знаю, чье это надгробие, какие бронзовые детали были на нем прежде и почему видны следы вскрытия.