В далеком древнем ельнике, приютившемся у подножья хребта, лежал неглубокий овраг с пологим склоном. Именно здесь пожилая лиса весной решила выкопать себе логово. Этот овраг когда-то образовался в результате разлива талой воды, но со временем ручей нашел новый путь и овраг медленно рассыпался, заполняясь остатками опавших листьев, хвои и стволов деревьев. Теперь он превратился в простое углубление на склоне. Лиса ловко вырыла нору под укрывающими корнями массивной упавшей ели, полностью скрывая вход. Только супесь, выброшенная при раскопках, выявила наличие этой тайной обители. Если присмотреться, то можно было обнаружить две отдельные тропы, ведущие к логову: одна поднималась сверху, а другая спускалась со дна оврага. В воздухе висел резкий аромат разложившихся пищевых остатков, разбросанных по окрестностям.
Раньше лисица несколько лет жила в старой берлоге, пока поздней осенью ее не заполнили во время расчистки лесосеки. Поэтому на зиму она нашла убежище в одной из барсучьих нор. Однако это альтернативное жилище ей не нравилось. Хотя ее новый муж, молодой лис, не особо участвовал в раскопках нового логова, он компенсировал это успешными охотничьими предприятиями, всегда принося ей восхитительные угощения. В мае в берлоге появились четыре крошечных лисёнка. Хотя по меркам лисиц это считалось скромным пометом, стареющая лиса, вспоминая свою молодость, вспоминала, как вырастила выводок из одиннадцати игривых щенков. Когда знойный июнь сменил май, еловый лес остался невосприимчивым к палящей жаре. Взрослые лисы ушли в поисках пропитания.
Однажды из входа в нору высунулась круглая морда, совершенно не похожая на лисью. С оттопыренными ушами и невинными, детскими глазами молодой лисёнок осторожно приспосабливался к яркому свету после длительного пребывания в темноте. Рядом с ним появилась еще одна такая же морда, мягко подталкивая первую и заставляя ее освободить путь. Эта маленькая лиса выбежала из норы, а за ней быстро последовали ее братья и сестры. Их мех, в отличие от шерсти взрослых лисиц, имел однородный темно-коричневый оттенок, и только кончики хвостов сохраняли оттенок белого. Сразу же между молодыми людьми началась шквал борьбы и игривых дрязг. Один детеныш лениво растянулся на земле, а самый смелый из них отправился в исследовательское путешествие. Вскоре он столкнулся с крупным черным жуком. Поначалу щенок прыгал вокруг существа, словно приглашая его принять участие в игре, но суровый жук продолжал стоять на своем пути. В конце концов хитрый лисенок раздавил жука лапой. Несмотря на отказ жука играть и настойчивые попытки скрести песок своими крохотными лапками, лисенок крепко схватил его зубами. Прикусывал ли жук язык или больно царапал твердый хитин, детеныш выплюнул жука и отступил обратно в берлогу, издавая пронзительные крики. Остальной помет отказался от своих занятий и поспешно последовал его примеру. Некоторое время вход в логово пустовал.
Минут через пять осевшие лисицы один за другим вышли из норы, выстроившись в линию. Один из них обнаружил старую кость и крепко сжал ее, издавая недовольное мурлыканье. Каждый брат кричал, чтобы вырвать кость, в результате чего детеныши собрались вокруг общей кучи. Около края обрыва появилась мать-лисица, внимательно наблюдающая ласковым взглядом за проделками своего отпрыска. Хоть она и принесла еду, но предпочла не спускаться, а полулежала у обрыва, положив голову на лапы. Со временем между двумя лисёнками разгорелся ожесточённый спор, из-за которого мать-лисица бросилась по тропинке к берлоге. Все обиды и игры моментально забылись, так как детеныши бросились к матери. Она поставила перед ними несколько потрепанную, но живую полевку, а затем отошла в сторону. Малыши образовали круг вокруг подношения, их глаза были полны недоумения. Хотя в прошлом их родители действительно кормили вкусных мышей, это была их первая встреча с живой добычей. Полевка, слегка дрожа, не пыталась бежать, оставаясь сидящей на задних лапах. Заинтригованный, молодой лис протянул лапу и вступил в контакт. Полевка неуклюже перевернулась на спину и в конце концов убежала. Детёныши ненадолго разошлись, а затем, издав тихий визг, дружно двинулись за матерью. Когда полевка отползла метра на два, готовясь укрыться под мхом, лисица схватила ее одним прыжком и с тихим ворчанием вернула на прежнее место. Это побудило самого крупного лисёнка крепко схватить полёвку зубами, подбрасывая её взад и вперёд и энергично тряся головой. Остальные братья и сестры бросились к зрелищу, в результате чего образовалась еще одна скрипящая масса коричневого меха.
Тем временем появилась лиса, зажав в зубах самку рябчика. Скорее всего, лиса поймала тетерева, пока он охранял гнездо, откусив одно крыло и съев его яйца, о чем свидетельствует размазанный по ее морде желток. Поставив рябчика на пол, лиса прижала его лапой и издала короткий недовольный лай. Весёлая стайка лисиц разошлась, прижав уши к земле. Полевка больше не принадлежала им. Подняв лапу, лиса позволила рябчику ненадолго порхнуть, пытаясь взлететь на одном крыле. Поначалу лисицы колебались из-за размера добычи, но постепенно окружили послушную птицу, их любопытство возросло. Самый смелый из них бросился вперед, приставил клюв к носу и тут же издал хор визга. Лиса снова залаяла, выражая недовольство, прежде чем схватить птицу и приступить к выдергиванию ее перьев. Внезапно с вершины ели громко и раздраженно каркнул ворон, словно предупреждая о надвигающейся опасности. Схватив частично ощипанную тушку, лиса стремительно ретировалась в берлогу. Ветер разбросал лисиц во все стороны. Старая лиса, поколебавшись на мгновение, затем появилась снова, ее нос долго нюхал воздух. Не взглянув больше, она резко ретировалась в логово еще раз, ее хвост с белым кончиком мерцал вдалеке.