«Будь любезен с учителями. Даже если они не заслуживают твоего уважения, они точно заслуживают твоей жалости.»
©Эшли Бриллиант
Коллеги часто говорят мне, что из меня никудышный учитель. Я неуклюжий, излишне доверчивый, постоянно опаздываю, мне лень проверять домашнюю, которую я сам же задаю, а ещё я, по их мнению, слишком сильно опекаю свой класс. Что ж, возможно в чём-то они и правы, но они не знают этих детей так, как знаю их я. А я знаю их настолько хорошо, что могу с уверенностью сказать, что не знаю их совсем.
***
—Евгений Григорьевич, мы ходили в библиотеку и нам сказали, что учебников, по которым Вы задали нам домашнюю работу, нет. Их все разобрали, —безучастно сообщила мне староста класса, как только я вошёл в кабинет. Дети с вниманием затаившегося хищника наблюдали за моей реакцией. Я был готов к подобному заявлению, а потому мой арсенал из холодного спокойствия и невозмутимости был на готове.
—Не может быть. Они абсолютно точно должны быть там. Я в этом уверен, —спокойно ответил я, медленно доставая вещи из своей сумки и аккуратно раскладывая их на столе.
—Но их там действительно нет! Библиотекарша сказала, что ещё в начале года кто-то из учителей взял себе в пользование все учебники этого автора! —возмутилась Полина, вскакивая со своего места. Через мгновенье она в ужасе закрыла рот руками, словно сболтнула лишнего.
—Зачем кому-то из учителей забирать себе столько учебников? —удивлённо заморгал я. Мысленно я хвалил себя за столь убедительную игру и даже осмелился выдать себе воображаемый Оскар, однако моя воображаемая благодарственная речь была прервана невоображаемыми учениками.
—Но это чистая правда. Я лично ходил туда, —встрял в разговор Лисов. Он редко вступал в какие-либо дебаты, а это могло значить лишь то, что в ход пошла тяжелая артиллерия. Лисов хоть и был наглым лентяем, я точно знал, что стоит ему приложить хоть капельку усилий, и весь мир ляжет к его ногам. К великому сожалению, он и без меня был прекрасно об этом осведомлён.
—Ты? Добровольно пошёл в библиотеку? Лисов, ты сам-то в это веришь? —усмехнулся я, глядя на мальчишку. Тот сидел, нагло развалившись на стуле, и с вызовом смотрел на меня. Обычно учителя делали ему за это замечания, однако я знал, что именно в такие моменты он максимально заинтересован.
Они наверняка уже обо всём догадались и просто смакуют вкус победы. Мне не оставалось ничего, кроме как подыграть им:
—То есть никто из вас не выполнил домашнюю работу?
—Как раз наоборот. Мы всё сделали, Евгений Григорьевич, —отозвался Муравьёв с первой парты. Обычно неуверенный в себе, он неожиданно решительно направился к моему столу и аккуратно положил на его край свою тетрадь. Далее один за другим остальные дети начали также подходить и сдавать свою домашнюю работу, пока передо мной не образовалась огромная стопка тетрадей. Последним свою тетрадь сдал Лисов. Он делал это медленно, явно наслаждаясь моментом.
—Мы поняли, что это были Вы. Вы специально задали нам невыполнимую домашнюю работу, дабы Вам не пришлось её проверять, —усмехнулся Муравьёв. —Умно, конечно. Однако Вы не учли одного факта.
—Какого?
—У нас есть Интернет, —Лисов с издевкой помахал мне телефоном.
Уже вечером в учительской, когда за окном будет темно, весь педагогический состав будет тихо наблюдать за тем, как я проверяю работы учеников из класса 8Б. Класса, где ученики никогда не выполняли домашнюю работу.