Действие рассказа происходит в начале 2000-х годов, когда для аттестации учителю нужно было не просто собрать портфолио, но и пройти тестирование и дать открытый урок.
Завуч раздраженно взглянула на Марию Сергеевну, учителя русского языка:
-Зачем вы написали заявление на высшую категорию? Я же сказала, чтобы вы подтверждали первую. Вы меня совсем не слышите?
Мария Сергеевна уверенно посмотрела на сердитое начальство:
-Я считаю, что вполне достойна получить высшую. У меня 5 лет уже первая категория, я хороший педагог. Заслужила.
-Это вы так считаете... Ваши коллеги вот уже третий раз пишут заявление на подтверждение первой категории, а они , между прочим, старше вас и значительно.
-Причем здесь возраст? Я имею право подавать на высшую категорию, а присвоить ее мне или нет будете решать не вы, а комиссия. Вы же тоже сами, Алина Романовна, подали заявление на вышку. Вас тоже первая не устраивает?
Лицо завуча покрылось красными пятнами:
-Вы еще за меня будете решать, на какую категорию мне претендовать. Я ваше начальство вообще-то, не забывайтесь.
Мария Сергеевна прекрасно понимала причину недовольства Алины Романовны, которая тоже была филологом. Ее вполне устраивала 1 категория, но директор сказал, что несолидно завучу не иметь высшей, тем более, что коллега, к тому же на 20 лет моложе, скоро вожделенную категорию заимеет.
В том, что Мария Сергеевна получит высшую, в школе не сомневался никто: учителем она была хорошим, регулярно давала открытые уроки на город, ученики получали периодически всякие грамоты. А вот у завуча дела обстояли не столь радужно. Можно даже сказать, совсем не радужно. Алина Романовна давно не вела уроки русского языка, ограничиваясь уроками родного , который вроде как тоже русский, но ни олимпиад по предмету не проводится, ни экзамены дети не сдают. А не вела уроки русского завуч потому, что стали жаловаться на нее родители директору, в некомпетентности обвинили, ошибки, мол, делает. Да и с ее административной загруженностью до уроков ли ей. Бумажки бы все переделать вовремя.
Ну а если уж совсем честно, не любила Алина Романовна работой себя утруждать: в школу приходила часам к десяти, а в четыре часа ее уже не было. Учителя уже привыкли: вроде как завуч в школе есть, а вроде как бы его и нет. Директору такая ситуация не нравилась, но была у Алины Романовны какая-то мохнатая лапа в министерстве, и бедный директор с нетерпением ждал, когда же его трудяга-завуч на пенсию уйдет.
Так получилось, что одновременно пришлось проходить аттестацию 4 учителям русского языка: две учительницы подтверждали первую категорию, а завуч с Марией Сергеевной претендовали на высшую, все-таки отстояла она свое право на аттестацию.
Первым заданием было тестирование, да не просто так, по бумажке, а на компьютере, да еще не в своей школе, а в ИРО ( институте развития образования) Вопросы были разные, и если за вопросы по предмету Мария Сергеевна не волновалась, то вот названия всяких указов около педагогических и их номера в голове не держались. Пришлось поискать в интернете, благо выдали всем аттестующимся незадолго до тестирования вопросник. Назначили время тестирования, как и следовало ожидать, предстояло проходить его вместе с завучем.
Пока ехали в институт, Алина Романовна все возмущалась:
-И кто это придумал: на компьютере тестирование проходить. Тут на вопросы отвечать надо и еще думать, какие кнопки нажимать.
Надо сказать, волновалась завуч не напрасно: не складывались у нее отношения с компьютером. Уже вроде не первый год работает с электронными документами, а сколько Мария Сергеевна не заходила в кабинет к начальству, постоянно видела какого-нибудь старшеклассника, который за завуча бумаги печатал.
-Не переживайте, нам подробную пошаговую инструкцию выдадут, как куда выйти и на что нажимать, -пыталась успокоить начальство Мария Сергеевна.
-Машенька, вы мне поможете, если что не так, разобраться?
"Надо же, уже и Машенькой стала", - подумала Мария Сергеевна, но коллегу свою успокоила:
-Помогу, не переживайте.
В назначенное время зашли две учительницы в зал, в котором уже сидели за компьютерами "коллеги по несчастью". Алина Романовна и Мария Сергеевна оказались за соседними столами, на которых лежали инструкции, в которых подробно, как для маленьких детей, объяснялось , как выйти на сайт, какие кнопки нажимать.
Мария взглянула на завуча. Та смотрела на бумажку, как на китайскую грамоту:
-Я ничего не понимаю, Мария Сергеевна, помогите мне , пожалуйста.
-Сейчас я на свою страничку выйду, а потом и вам помогу.
Маша быстро вышла на сайт и потянулась к компьютеру своей коллеги, которая даже и не пыталась что-нибудь сделать:
-Нажимаете вот на эти кнопки, читайте инструкцию, там все написано.
-Коллеги, работайте только на своем компьютере, не мешайте и не помогайте другим. Возню двух учительниц за столами заметила проверяющая, строгая женщина в очках. Она уже давно сердито поглядывала в сторону Алины Романовны.
Мария Сергеевна послушно вернулась к своим заданиям, успев выйти на компе коллеги на нужную страницу, той оставалось только ответить на вопросы. Алина Романовна повела себя странно: она воровато огляделась по сторонам и вдруг начала приподнимать юбку, из под края которой показалась зеленая книжица, вопросник. Только в отличие от Машиного, в вопроснике завуча были ответы.
"Наверное, лапа из министерства подсуетилась", -усмехнулась Мария Сергеевна, но завуча сдавать не стала. Она попыталась сосредоточиться на своих вопросах. Не тут-то было. Алина Романовна опять что-то перепутала:
-Маша, помоги!
-Нам сейчас опять сделают замечания.
-Я не могу, я не справляюсь, мне плохо!
Маша потянулась к компьютеру коллеги и стала быстро отвечать на вопросы: нужно было еще успеть ответить на свои.
-А вы точно правильно отвечаете? Никуда не подсматриваете, неужели все знаете? - поинтересовалась Алина Романовна.
Маша даже поперхнулась от возмущения.
-Коллеги, вы опять нарушаете правила. Я попрошу вас выйти из кабинета! - голос проверяющей не предвещал ничего хорошего.
Мария Сергеевна отпрянула от компьютера завуча , на котором уже успела вбить одну треть ответов, и больше на призывы коллеги не реагировала, хотя та всячески старалась обратить на себя внимание: делала большие глаза, щипала Марию за руку. Третье замечание не заставило себя ждать, благо Маша уже справилась с тестированием и с удовольствием убежала от молящего взгляда своего начальства.
А через день Марию Сергеевну вызвал к себе директор:
-Мария Сергеевна, почему я должен выслушивать жалобы из ИРО на нарушение вами порядка проведения аттестации. Алина Романовна тоже на вас пожаловалась, вы постоянно отвлекали ее своими вопросами, не давали сосредоточиться.
У Марии Сергеевны, как говорится, отпала челюсть:
-Вы серьезно думаете, что это я не могла понять, на какие кнопки нужно нажимать, а не Алина Романовна?
Директор нахмурился, видимо, понял, что погорячился:
-Ладно, идите, но впредь ведите себя, как полагается.
"Если бы я вела себя, как полагается, ваша драгоценная Алина Романовна не смогла бы пройти тестирование". Мария Сергеевна вышла из кабинета директора в глубокой задумчивости, ощущая себя глубокой дурой. Ей захотелось пойти в кабинете к завучу и высказать все, что она о ней думает, но представив себе картину "разборок", Мария Сергеевна передумала: слишком противно было, Маша не любила подлых людей и старалась обходить их по дальнему периметру.. Тем более , что тестирование она прошла на очень высокий балл, с лихвой хватало на высшую категорию.
(Продолжение следует)