Сейчас будем разбираться, как отличить гениальный шедевр искусства от голой профанации.
Понятие «искусство» появилось очень давно. За тысячелетия своего существования оно пережило кучу кризисов, революций... в общем, изменений. С каждым десятилетием в искусстве зажигалась новая звезда новаторского подхода отображения действительности, что привело к накоплению кучи разных стилей, способов выражения художника. И вот к двадцать первому веку мы цепляем ярлык "ИСКУССТВО" на все подряд. От искусства лежания на диване, до искусства владения кукри, - все это сейчас ставится в один ряд с работами выдающихся художников, скульпторов, поэтов.
А как же добиться справедливости, если само понятие искусства по нашей же вине утратило свою ценность?
Проблема кроется в нашем понятийно-речевом мышлении. Абсолютно все явления и объекты в природе мы называем "словом". В комбинацию звуков вкладывается какой-то смысл и получается отображение действительности в такой свойственной только людям (вроде как) форме. Только вот смыслы в слова могут вливаться совершенно разные, порой, даже противоречащие друг другу. Если "птицу" во всем мире понимают более-менее одинаково, потому что это конкретный материальный объект, имеющий конкретную форму и обладающий конкретными свойствами, то "искусство" как термин, грубо говоря, оторванный от реальности, трактовать можно тысячью способами.
А раз "искусство" нельзя померить и прийти к общему консенсусу в его определении, то и доказать или, наоборот, опровергнуть истинность того или иного определения искусства невозможно! Тут могла бы стоять жирная точка, но... Возвращаемся к нашей теме. Как-то же мы должны возносить гениальные работы творцов и критиковать никчемные поделки, косящие под произведения искусства? Нам жизненно необходимо этим заниматься, иначе мы рискуем навсегда потерять тонкую связь с этим совершенно необъяснимым, но, безусловно, существующим явлением.
Я предлагаю очень демократический способ решения проблемы.
В этой концепции мы поделим всё искусство на два лагеря: на искусство личное и на искусство общепринятое. К личному искусству нужно относить то, что сам отдельно взятый человек считает искусством. Например, тащится какой-нибудь Вася Бумбичев от компьютерных игра - пускай тащится дальше. Провозглашает киберспорт искусством? Без проблем, отдадим ему право называть искусством все, что его душе угодно. Главное, чтобы свое мнение никому не навязывал.
А к искусству общепринятому будем относить то, что нам скажут относить профессионалы-искусствоведы - те люди, которые по полочкам разложат, почему скульптура «Дискобол» есть настоящее искусство. Специальная комиссия из людей с соответствующим образованием должна, приводя публике объективные аргументы, присваивать объектам статусы искусства или "неискусства", то есть, искусства личного.
Произведения и явления, которые эти ребята отнесут к настоящему искусству будут считаться таковыми в широких кругах. Именно предметы, прошедшие строгую критику, должны заполнять Эрмитаж, Третьяковскую галерею и Оружейную палату. Считать ли эти произведения настоящим искусством - это тоже дело сугубо личное. Относить работы Микеланджело и Бродского к чему-то возвышенному - ваша забота, но именно произведения этих людей должны заполнять общекультурное пространство, по крайней мере, на уровне выставок и учебников по литературе.
Разумеется, что отбор искусства общего от личного, в первую очередь, будет вестись, исходя из истории. А что же делать с произведениями новейшего времени или вообще теми, которые не появились на свет? Здесь в право вступает, извините за умное слово, конвенционализм, то есть, договор между специально обученными людьми и обычными обывателями, не изучающими искусство профессионально. Они ведут между собой открытый диалог и решают судьбу потенциального произведения искусства. Ну, а многие аспекты этой системы можно организовать по принципу устройства судов в любой демократической стране, ибо даже визуально схемы крайне похожи.
Такая концепция деления искусства на общее и личное должна отделить нечто действительно возвышенное, что сверхъестественным образом обогащает человека, и в то же время она оставляет право за человеком считать искусством то, что ему самому хочется.