Сассекские и Уэльские – просто дети по сравнению с враждой, которая была между Виндзорскими и монаршей четой. Меган далеко не первый возмутитель спокойствия в королевской семье, а Кэтрин не единственная, у кого были напряженные отношения с невесткой.
Елизавета, супруга короля Георга VI, вела многолетнюю борьбу с Уоллис Симпсон и Эдуардом, несостоявшимся королем, получившим после отречения титул герцога Виндзорского. Королева-мать не раз высказывалась, что для ее супруга королевская власть стала непомерной ношей, ведь он не рассматривался в качестве наследника престола. В ранней смерти мужа она винила именно Виндзорских.
Елизавета и сама не собиралась становиться королевой и вообще связывать свою жизнь с королевской семьей, которая не позволит ей «думать, говорить и поступать так, как она чувствует». Из-за этого она дважды отказывала тогда еще принцу Альберту.
Из-за Уоллис ее страхи стали реальностью. Кроме того, отказ Эдуарда от престола ради брака с разведенной американкой дискредитировал монархию. Георгу и Елизавете пришлось восстанавливать престиж королевской семьи.
Елизавета категорически отказалась присутствовать на свадьбе Уоллис и Эдуарда. Виндзорские были уверенны, что именно супруга короля помешала приехать на торжество другим членам королевской семьи. Уоллис назвала тогда родственницу «чрезвычайно жестокой и бессердечной».
По слухам, именно из-за миссис Симпсон Елизавета запрещала членам королевской семьи жениться и выходить замуж за разведенных. Многие считают, что по этой причине Чарльзу было запрещено жениться на Камилле.
Королю и его супруге пришлось снова держать удар, когда Виндзорские открыто симпатизировали нaциcткoму режиму. Естественно, что Уоллис и Эдуард были персонами нон грата в Великобритании. Не желали их видеть и во многих европейских странах. Поговаривали, что Елизавета «сделала многое, чтобы парочку нигде не принимали» и называла невестку «худшей из худших».
Эдуард и Уоллис, впрочем, в долгу не оставались и частенько потешались над невесткой, презрительно называя «толстой шотландской кухаркой», высмеивая ее внешность и стиль.
После смepти Георга VI Эдуард несколько раз прилетал в Великобританию. Один. И неизменно холодно и с явным нежеланием был принят Елизаветой.
Несколько раз Елизавета и Уоллис встречались лично и, по воспоминаниям очевидцев, обменивались язвительными шутками, пикировались. Однажды миссис Симпсон заметила, что у супруги Георга VI напрочь отсутствует чувство юмора. Королева-мать продемонстрировала, что это не так: на одном из приемов Елизавета стала разговаривать с американским акцентом — с издевкой пародируя невестку.
Уоллис знала о тоске Эдуарда по родине и в его «вечной ссылке» винила королеву-мать. «Герцог очень хотел бы вернуться и жить на земле, где он родился, — сказала она как-то в интервью, — но нам и шагу нельзя туда сделать. ОНА никогда не разрешит нам вернуться. Не раньше того дня, когда мы умpем. Возможно, после этого она наконец позволит».
Когда ее спрашивали, в чем причина, Уоллис лаконично отвечала – ревность. И всегда менялась в лице, когда речь заходила о королеве-матери. Герцогиня Виндзорская прекрасна знала, что за мягкой улыбкой Елизаветы скрывается настоящая железная леди.
Королева-мать старалась не говорить много об отношениях с проблемными родственниками. Однажды один из королевских репортеров спросил ее о возможном возвращении Эдуарда. В ответ улыбнулась и произнесла: «В стране может быть только один Король». А когда ее спрашивали о ненависти к невестке, то неизменно отвечала: «Она недостаточно значима, чтобы ненавидеть».