Чернота отчаянья охватила душу. Мир внезапно померк, утратил краски, звуки стали глухими и неясными, боль отгородила ее от внешнего мира, оставив наедине со страданием. Самый любимый в мире человек, более того, единственно любимый, изменил ей. Причем изменил с лучшей подругой. От этого боль была еще острей, она была настолько невыносима, что смерть казалась желанным избавлением, забвением того, что жгло сердце сильнее раскаленного железа. Никто не в силах помочь ей, заглянуть в душу, посочувствовать. Никто ее не любит с самого раннего детства, даже родная мать. Так думала Лена, точнее, даже не думала, а чувствовала, что мир ее отторгает, что она в нем лишняя, никому не нужная обуза. Да и зачем жить, если нельзя ни с кем делиться любовью, отдавать и принимать ее? Мысли о смерти становились все приятнее, в них она находила странное утешение. А какой-то голос, как будто даже не ее, нашептывал, что умереть – это хорошо, это легко и приятно… Тем более, что она уже один раз пыталась уйти из жизни – в юности, когда ей было 18 лет.
***
...С тех пор, как ей исполнилось тринадцать и девочка превратилась в девушку-подростка, отчим стал смотреть на нее уже не как на ребенка, а совсем иначе. В глазах его появилось вожделение, его взгляд буквально раздевал ее. Он часто подглядывал за ней, когда она купалась, при любом удобном случае пытался дотронуться. Несколько раз ночью приходил и начинал шарить руками по ее телу. Это было омерзительно, обидно и непонятно, ведь Лена воспринимала его как отца. Несколько раз она пыталась поговорить с мамой, но результата это не приносило. И все мужчины начали казаться мерзкими, похотливыми самцами, у которых на уме только одно. Интуитивно она понимала: это совсем неправильно, так быть не должно. Ей хотелось любви, внимания, понимания, заботы, но она считала, что все мужчины одинаковы. Жить в таком мире не хотелось, а потому однажды Лена вышла на речку, выбрав безлюдное место, и бросилась в воду. Это не было эмоциональным порывом, не было представлением, желанием обратить на себя внимание или стремлением отомстить. Нет, она, действительно, хотела умереть. Даже просчитала, что если дышать под водой, то смерть наступит быстрей и будет менее болезненной. Но, когда она ушла под воду, кто-то вытащил ее за волосы на берег. В тот раз умереть не получилось.
Лена пользовалась популярностью у мужчин, на нее постоянно обращали внимание, но ее это не радовало. Сама себе она казалась грязной и падшей женщиной. Злое слово, которым однажды припечатала ее мать, не давало покоя. Неужели она действительно такая? Почему мужчины постоянно на нее смотрят, даже из окон автомобилей? И поведение отчима просто доставало. Это настолько угнетало Лену, что она совершила вторую попытку самоубийства, вскрыв себе вены. И на этот раз ее спасли. Мать случайно обнаружила ее, окровавленную и полуживую…
***
На этот раз Лена достала упаковку нитроглицерина и высыпала все малюсенькие таблетки на ладонь. Получилась небольшая горка. Интересно, хватит ли одной упаковки? Наверное, хватит. На заднем плане сознания мелькали мысли о том, будет ли больно, как скоро наступит смерть, и другие, подобные этим. Но страшная боль от жгучей обиды затмевала все это. Ведь она поверила своему мужу, решила, что он не такой, как все, что он любит ее. Единственный мужчина в мире, которому она верила. Единственный человек в мире, который, как казалось, любит ее. И внезапно открылось, что это был самообман. Он – самый обычный похотливый самец. И ее никто не любит…
Лена закинула горсть таблеток в рот. Фу, как горько, нужно чем-то запить… Таблетки глотать было неприятно, но она проглотила их. И стала ждать.
Ощущение непоправимости содеянного начало опускаться тяжелым грузом. Сильными толчками забилось сердце, в голове как будто взорвалась жаркая бомба, ноги подкосились, мышцы свело судорогой. Лена упала на пол. Понимая, что больше не увидит этот мир никогда, она вдруг очень захотела посмотреть на звездное небо. Из последних сил, уже почти теряя сознание, она подползла к выходу из бани, где находилась, и вывалилась на крыльцо. Небо было безоблачно и прекрасно в ослепительной красоте сияющих звезд. Их было так много, они сплетались в такие чудесные узоры! Говорят, что есть только три вещи, на которые человек может смотреть постоянно, и это никогда не надоест: огонь, текущая вода и звездное небо. Красота и непостижимое величие вошли в душу, зажглись яркой точкой надежды, осветили то, что было сокрыто под мраком неверия и отчаянья. Лена вдруг ясно ощутила, что Бог есть, Он сейчас находится одновременно и в этом небе, и во всем мире, и в ее сердце. И Лена закричала беззвучным криком, который казался громче грохота водопада, обратилась к Богу: «Я знаю, что Ты есть. Помоги мне, я погибаю!!!»
Было полпятого утра, время самого крепкого сна. Но именно сейчас из дома вышел муж Лены, хотя просыпаться так рано у него обыкновения не было. Увидев ее, он вызвал “Скорую помощь”. Дальнейшее воспринималось, как сквозь плотный туман. Лена слышала слова врача: «Она умирает», ей было очень холодно. Она чувствовала укол в области сердца и сильную боль, чувствовала, как ей промывают желудок. Потом помнила, что ее раздели, положили на каталку и повезли в реанимационное отделение. Но сильнее всего она ощущала, что Бог ее услышал, что теперь что-то должно измениться…
***
Прошло время, много разного произошло в жизни Лены, пока она сознательно не обратилась к Богу. Но, вспоминая то, что произошло тогда, она понимает, что стояла на самом краю пропасти, из которой нет возврата. Вся жизнь после того, как она, глядя на звездное небо, обратилась к Богу, была путем к покаянию и возрождению, по которому ее вел Господь. Лена порой задумывается, что было бы с ней, умри она тогда, покончив с собой. Ответ дает Библия. Хотя в ней нигде прямо не написано о том, что самоубийство есть смертный грех, но сам дух Писания говорит об этом. Ведь самый драгоценный дар Бога людям есть жизнь. Тот, кто добровольно отказывается от этого дара, отказывается от Него самого, от Духа Бога, ведь написано, что Дух животворит. За чертой жизни покаяние уже невозможно. Исправить то, что сделал самоубийца, невозможно. Совершившим такой грех навечно уготовано место в аду. Покаяние и прощение совершается только при жизни.
Станислав Буланов