Здравствуйте!
Рассматриваю Определение ВС РФ от 27 сентября 2022 г. N 33-КГ22-5-К3 47RS0004-01-2019-010883-61.
Интереснейший процесс в плане как двигался судебный процесс и какое решение принято судами. По итогу дети остались с отцом. Жена с менее чем 1/10 имущества семьи и алиментами. Но снова есть нюанс. Жена остаётся с некоторым ценным имуществом, а не нищей.
ВС РФ: «Вместе с тем суды первой и апелляционной инстанций установили, что условиями брачного договора Тимохина А.А. не поставлена в крайне неблагоприятное положение, поскольку по условиям брачного договора Тимохина А.А. получила единовременно в июне 2017 года денежную сумму в размере <...> фунтов стерлингов, в собственность Тимохиной А.А. также переданы квартира площадью 189,3 кв. м и гараж в г. Санкт-Петербурге, квартира площадью 294,4 кв. м в г. Лондоне, картины, предметы дизайна и интерьера, коллекция ювелирных украшений, иное движимое имущество.» Поэтому решение ВС РФ весьма справедливо. Соблюдаются и условия брачного договора и СК РФ.
Первая и вторая инстанция за Тимохина, третья за Тимохину, ВС РФ сначала Тимохину отказал в рассмотрении жалобы. Зампред ВС РФ отменил отказ судьи ВС РФ рассмотреть, поручил рассмотреть. ВС РФ рассмотрел и принял позицию Тимохина отменив определение третей инстанции.
Стороны в браке с 2013 и 06.06.2017 заключают брачный договор. У сторон имеется электронная переписка по поводу условий брачного договора, суды её впоследствии приобщили к материалам дела. Брак расторгнут 23.10.2017 г. С 2020 по 2022 годы идут судебные процессы. Истица для расторжения брачного договора, как невыгодного ей и восстановления срока исковой давности заявляет, что договор был заключён под влиянием угроз. Тем самым стараясь избежать срок исковой давности в 1 год.
В этом определении ВС РФ снова говорит об исковой давности на оспаривание в 1 год как самостоятельном достаточном основании отказа от рассмотрения иска. Далее ВС РФ доказывает, что у истицы не было угроз от истца.
В этом определении ВС РФ ссылаясь на пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 17 говорит, что оценка доказательств не относится к компетенции кассационного суда общей юрисдикции, а несогласие с оценкой доказательств судами первой и апелляционной инстанций и с их выводами об установленных на основе оценки доказательств обстоятельствах дела не является основанием для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке.
ВС РФ мотивирует следующим: «С учетом установленных судами данных обстоятельств вывод кассационного суда общей юрисдикции о несоблюдении принципа соразмерности при разделе имущества на основании оспариваемого брачного договора не основан на законе, поскольку возможность отступления от равенства долей посредством заключения брачного договора предусмотрена положениями семейного законодательства, а несоразмерность выделенного каждому из супругов имущества не является безусловным основанием для признания брачного договора недействительным, о чем правильно указано судами первой и апелляционной инстанций. В связи с этим стоимость имущества, переданного каждому из супругов по брачному договору, при установленных судами обстоятельствах отсутствия крайне неблагоприятного положения истца с учетом количества и вида переданного истцу имущества по брачному договору не являлась обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора.»
Кроме того, в этом Определении ВС РФ прописаны 3 пункта брачного договора, которые можно вставлять в новые брачные договоры. По сути это просуженные пункты ВС РФ и по ним теперь есть чёткая судебная практика.
Вывод: по сути Тимохина могла бы получить половину имущества супруга, потому что, это имущество считалось бы совместной собственностью, если бы просто не подписала с ним брачный договор. То есть если очевидно, что брак идёт к расторжению и другая сторона давит заключить брачный договор, то при заключении подобного брачного договора неминуемы негативные правовые последствия.
С уважением, Станислав Бондарев.