– В конце прошлого года вы немного касались того, что вам не нравится, как вы играете в теннис. На днях в Коойонге казалось, что вы довольны. Произошли какие-то изменения и вам больше нравится ваша игра? Считаете ли вы, что сейчас могли бы наслаждаться своим теннисом?
– Мне определенно нравится больше. Думаю, это отчасти связано с психологией. В этом плане теннис – сложная игра. Когда борешься, остаешься один, временами бывает трудно. Частично это так.
А еще технический аспект. Когда знаешь, что можешь играть лучше, чем сейчас или тебя не устраивает, как ты бьешь справа, слева, подаешь и так далее.
Решение некоторых из этих проблем помогло мне почувствовать себя лучше на корте. Да, определенно, немного внимания уделяется и психологии. Да, переосмысление твоего взгляда на вещи определенно помогает.
– В этом есть элемент притворства – заставлять себя улыбаться, пока ты не решишь проблему?
– Точно не буду выходить на корт и хихикать. Такому не бывать (улыбается).
Да, это больше о том, как ты справляешься с моментами разочарования и всем остальным на корте. Я не видел, чтобы Новак смеялся и шутил во время своих матчей. Как и Роджер с Рафой. Речь не об этом.
Вероятно, это то, как ты относишься к себе в такие моменты и становишься немного добрее к себе, к людям вокруг тебя, снижаешь некоторые свои собственные ожидания, контролируешь то, что можешь контролировать.
Все игроки будут сидеть здесь и говорить одно и то же. Это не так-то просто сделать, когда ты соревнуешься. Да, самое сложно – просто сосредоточиться на следующем ударе, следующем розыгрыше. Это очень легко сказать. Мы все это знаем. Но сделать это сложно.
Когда я был моложе, я, конечно, всегда расстраивался на корте, но в действительно важные моменты всегда чувствовал, что хорошо играю.
В прошлом году я тоже расстраивался и не очень здорово боролся в важные моменты. Это то, что я надеюсь изменить в этом году.
