Беги. А если не можешь бежать, тогда иди. А если не можешь ходить, то ползи. Но что бы вы ни делали, не останавливайтесь.
Прошел всего час с тех пор, как все на земле, насколько я мог судить, услышали эти слова. Я уже шел по парку, когда услышал их, и после того, как увидел, что происходит, не собираюсь останавливаться в ближайшее время.
Прошло уже два часа, я продолжаю идти, я устал, но останавливаться нельзя. Некоторые пытались сесть за руль, но сам процесс посадки в машину требует остановки, даже на самое короткое время. И как вскоре выяснили те, кто уже сел за руль, услышав правила, в автомобиле невозможно двигаться бесконечно долго, особенно в переполненном городе. Их крики заставляли меня двигаться.
Прошло уже четыре часа, я выдохся, и единственное, что толкает меня вперед, - это страх перед тем, что меня ждет, когда я остановлюсь. И да, я имею в виду "когда", поскольку, как доказали многие окружающие, в конце концов мне придется остановиться. Кто-то просто сдался, смирившись со своей участью, чтобы тут же пожалеть о принятом решении, кто-то просто не смог больше выносить крики, а большинство просто не видят смысла продолжать. И с каждым шагом я все больше становлюсь похожим на последних.
Прошло около шесть часов, и я впервые увидел происходящее вблизи. Я бесцельно шел по переулку, пытаясь уйти от безумия, когда увидел плачущего молодого человека лет 16. Сначала я даже не обратил на это внимания, пока он не посмотрел мне в глаза... Он перестал двигаться. Его глаза были налиты кровью, и не только белки вокруг зрачков, но и весь цвет его глаз был багрово-красным. Черные слезы текли по его лишенному жизни выражения лицу, а потом он улыбнулся. Широкая зубастая улыбка, которая могла бы кричать о радости, если бы за ней не последовали звериные вопли, от которых самому большому фанатику ужасов приснились бы кошмары.
Хотел бы я сказать, что наблюдение за его предсмертными минутами было самым ужасным из того, что случилось со мной сегодня, но тут меня осенило - я понял, что перестал двигаться.