Вчера у нас потеплело — для нас уже минус 17 с несильным ветром — это хорошо — после морозов минус 27 с ледяным ветром. Правда, пасмурно и снег идет, не хлопьями, а мелкий, как манная крупа.
В лесопарке мы с Варей погуляли 2 часа, но за это время много интересного видели. Места, через которые мы обычно ходим, очень любимы дятлами. Там лес высокоствольный — сосны, березы, осины, и никто его, слава Богу, не чистит, так что там много больных и сухих деревьев, в которых дятлы так любят искать себе пропитание, и в которых большие пестрые дятлы устраивают себе кузницы для разделки шишек.
Надо сказать, что еще эти места последние пару лет вовсю используют закладчики и наркоманы. Иногда идешь по тропе, а под каждым третьим деревом раскопано. На стволах какие-нибудь куски изоленты или тряпки привязаны — видимо, помечают так места закладок. Они особо и не скрываются уже. Но это не только в нашем лесу, это во всех лесопарках, да и во многих дворах Екатеринбурга — примета нашего времени. Так что одна я в те места хожу только с Варей — все-таки на женщину с крупной собакой вряд ли решится даже наркоман напасть.
Сегодня мы никого подозрительного не встретили, мороз и сугробы, видимо, этих деятелей отпугивают.
Вскоре после выхода на наш привычный маршрут я среди стука трех-четырех БПД (больших пестрых дятлов) расслышала стук желны. Он громче, и всегда слышно, как шуршат кусочки коры, которые дятел клювом поддевает. Сугробы почти по колено, но ничего, подобралась ближе, поснимала самочку черного дятла, увлеченную работой.
Буквально через 100 метров опять различаю среди стуков со всех сторон стук потише, пониже и помягче. Заподозрила трехпалого дятла. Снова путь по сугробам. Не ошиблась — самец трехпалого невысоко на сосне.
Пока снимаю его, Варя, как порядочная бердвотчерская собака, сидит на тропинке и ждет меня. Слышу — вроде такой же стук где-то рядом. Неужели еще один трехпалый? Снова продираюсь по сугробам — и вижу самочку трехпалого буквально метрах в десяти от самца. Правда, она так близко не подпускает, перелетела довольно высоко на сосну.
И еще громкий стук слева, где-то надо мной. Оказывается, тут же трудится белоспинный дятел, обрабатывает тонкую сухую березу. При таком освещении, правда, плохо видно, но вроде красной шапки нет - самка. Получается, на квадрате 10 на 10 метров самец и самочка трехпалого и тут же белоспинный! Жаль, при такой пасмурной погоде в лесу темно...
На кормушках посыпали птичкам семечек, посмотрели, как они ненадолго садятся поклевать сало — то лазоревка сядет, то пухляк, то московка. А из больших синиц только одна при нас сало пробовала, их больше семечки интересуют почему-то.
На обратном пути еще две интересные встречи — сначала три сойки взлетели мерах в 50 от нас с тропинки, а потом увидели урагуса на кормушке.
То есть не совсем на кормушке. В этом месте между прудом и дорогой кто-то постоянно кормушки ломает. Поэтому люди плюнули и стали семечки сыпать просто на снег. Но синички привыкли, что тут есть еда и, если снегопада нет, спокойно подбирают и так. Недалеко еще дупло есть, туда тоже можно семечки насыпать, что я каждый раз и делаю, и не только, видимо, я. На днях еще сало там примотала к дереву. И вот в этом кормушечном месте вместе с синицами на снегу прыгал среди рассыпанных семечек самец урагуса. Перебирал семечки, потом одну взял в клюв, попробовал раскусить, но не вышло. Отлетел он в кусты. К сожалению, не получилось дальше с камерой за ним понаблюдать — во-первых, замерзла уже, во-вторых, наблюдать можно только с дороги, по которой ходят машины.