Жарким днем 3 июля 2014 года, посреди туманного воздуха, я сонно задремал после обеда, но меня внезапно разбудил входящий в комнату отец. Когда палящее солнце осветило июльское небо, отец задал мне вопрос: «Собираешься ли ты учиться на машиностроительном факультете?» Все еще пьяный, я изо всех сил пытался понять смысл его слов и в замешательстве спросил: «А как насчет машин?» Я предполагал, что курс будет включать в себя проектирование транспортных средств, таких как «Лады» или тракторы. Однако отец сообщил мне, что звонил завуч нашей гимназии и предлагал мне целевое место в самом престижном университете нашего города, а именно на машиностроительном факультете. Загвоздка заключалась в том, что мне пришлось три года работать инженером на военном заводе. Данное предложение распространялось на всех успешно сдавших ЕГЭ по физике в порядке убывания баллов экзамена. Удивительно, но все, кому была предложена такая возможность, отказались от нее, кроме меня.
Признаюсь, по гуманитарным наукам я не преуспел, но ближе к концу 10-го класса, когда нужно было определиться с предметами для поступления, я остановил свой выбор на физике, хотя и не сдавал вообще с 9 по 11 классы. Вместо этого меня учила естествознанию наша учительница биологии, которая регулярно плакала на каждом уроке, казалось бы, отягощенная своей трудной судьбой или подавленная требованиями нашей эксцентричной гимназии с ее склонность к сложным костюмам и музыкальным представлениям.
Мой друг, который был на год старше меня, убедил меня выбрать физику, объяснив, что проходной балл значительно ниже и подать заявку на этот предмет относительно просто. По ее словам, это было не сложнее, чем стать бухгалтером, а учитывая преимущественно мужской состав, для меня это было бы проще простого. Итак, я твердо решил — буду изучать физику. Еще одним существенным фактором, сузившим мой выбор профессии, была стоимость обучения: платить 130 тысяч рублей в год за диплом казалось совершенно нелепым. Хотя это могло быть разумно для таких профессий, как медицина или другие престижные и практичные области, где можно было ожидать возврата инвестиций, для меня не имело смысла платить за область, о которой я ничего не знал, только для того, чтобы в конечном итоге работать на несвязанной работе для ничтожная заработная плата. Следовательно, я был полон решимости обеспечить экономичное поступление в лучший университет, отклоняясь от идеи поступления в педагогический институт - вариант, который я считал в то время ниже своего статуса.
Прежде чем получить тот роковой телефонный звонок, я уже подал заявления в несколько университетов, пытаясь поступить в такие области, как взрывные работы и кадастры. Однако как только поступило предложение о целевом месте, я инстинктивно понял, что пойду по этому пути. Моя мать и бабушка были крайне ошеломлены, выразив свою обеспокоенность по поводу моей способности преуспевать в такой технической среде и предложив мне вместо этого подумать о карьере в таможне. Таможня предоставит возможности, настаивали они. Тем не менее, мой отец оставался непоколебимым в своей вере в то, что я способен. Ты справишься, заверил он, тебя будут направлять, и все, что тебе нужно делать, это посещать занятия и проявлять искренний интерес к предмету. Просто притворитесь умным и посмотрите профессорам в глаза.
Продолжение следует...