Прочитала недавно, что одна пожилая австриячка ищет свои корни, то есть родственников по отцу, которого уже, конечно, нет, потому что на данный момент ему было бы более 100 лет. Он освобождал Вену, и там познакомился с ее мамой. Но однажды ушел и не вернулся. Но родилась она, эта женщина в 1946 году, как плод любви? Или, может, любви и не было?
Все что она знает о своем отце, это имя, приблизительно фамилию. От него у матери осталась салфетка, в которой он приносил ей хлеб.
В ходе освобождения Европы от фашизма с пришествием туда советских войск, многие европейские женщины добровольно предлагали себя советским солдатам за продуктовый набор, или "хлеб в салфетке".
Естественно, в результате такого обмена, рождались дети. Но статистика не велась. Многие женщины не указывалИ в свидетельстве о рождении, кто отец, а писали, что он неизвестен. Потому что к таким детям и их матерям относились с презрением, называя их бранными словами.
Польские, югославские, болгарские женщины отличались строгим нравом и не продавались за продуктовые наборы, вынося все тяготы военного времени.
А вот в Румынии, Венгрии женщины вешались на советских солдат, там было много борделей. Венгерские матери сами продавали предлагали своих дочерей победителям, там вообще было в порядке вещей до свадьбы вступать в половые отношения. Это вызывало у многих воинов брезгливость. Но некоторые не отказывались, и дети «продуктового бартера» появлялись на свет. Немки тоже с удовольствием продавали себя за еду.
Австриячки не отставали. Например, в 1955 году в Австрии в зоне советской оккупации родилось около 20 тысяч детей.
Солдаты меняли продукты, хлеб, которые были в огромном дефиците на предложенную им любовь. И осуждать ни одну из сторон этого бартера нельзя.
Но мне непонятно само желание найти своего отца. На момент зачатия этой австрийки, ему было 29 лет, уж наверное, он был женат, и его ждала жена в СССР. Представим, дочка нашла бы его, когда он и его жена были бы еще живы. Может, у него таких дочек в каждом городе позади осталось немеряно.
Но их нет, в силу возраста. Возможно, есть их дети, внуки, правнуки. Может, они и обрадуются зарубежной родственнице: можно съездить заграницу, если она оплатит, получить подарки. А, может, и нет. Для кого-то важнее светлая память о предке, не замутненная продажной любовью.
А может случиться и так, что новоявленные родственники окажутся алкоголиками. Тогда искательница корней побежит от них роняя тапки.
Не тревожьте прах усопших!