На днях рылась в своей библиотеке, достала сборник «Записок краеведа» за 1983 год, я искала статью о потомках И.П. Кулибина, открыла его и тут из книги выпал свернутый в четверо листок. Это была статья Ю. Галая о предке механика Кулибина (имя не указано) и волжском разбойнике Барме. Из какой газеты эта вырезка, определить не удалось, но в те годы я выписывала «Ленинскую смену», предполагаю, что статья из нее.
Хочу поделиться с вами ее содержанием, естественно, со своими изменениями и со своими дополнениями.
Только ленивый в Нижегородской области не знает легенду о разбойнике Барме, который грабил волжские расшивы со своей ватагой.
События происходили возле сельца Троицкого, оно же Бармино, которое было основано в 1617 году. Существуют насколько версий откуда взялось это название.
На месте нынешнего поселения в былые времена, обитали люди, исповедавшие религию браминов близкую к индуизму. На возвышенном месте стоял языческий храм - капище Брамы, Бога творения мира. Поселение получило название – Брамино, со временем интерпретировалось в Бармино.
По другой легенде, основателем села считается русский зодчий - Барма (создатель Храма Василия Блаженного).
По третьей, некоторые считают, что свое название оно получило от имени атамана Бармы, разбойничавшего здесь.
Барма происходил из черемисов, этот холоп-бобыль (звали его Матвей Артемьев) не выдержал помещичьего гнета и пустился в бега. Поселился рядом с капищем Брамы, собрал разбойничью шайку и стал грабить проходящие мимо суда. Своими дерзкими вылазками он вселил животный страх в волжских судопромышленников. Местом обычной его стоянки был крутой правый берег, поросший густым лесом. Восседая на возвышенном месте Барма (барминцы называют это место «задворкой») озирал окрест реки на 26 верст в округе, терпеливо выжидая добычу.
Купцы знали об этом месте и старались предпринять защитные меры. Чаще всего они собирались в караваны, набирали камни для обороны и когда шайка приближалась к плывущим судам, осыпали ими нападающих. Но опытный атаман обманом или яростным натиском захватывал добычу. Помогала ему и ночь. На своих легких суденышках ватага внезапно появлялась из темноты, следовал дружный абордаж и караван оказывался в руках грабителей. Удачное нападение, как правило, всегда заканчивалось разнузданным кутежом.
Казалось, ничто не могло остановить набеги и грабежи. Бездействовал и нижегородский воевода. Проходило время, и всё же нашелся человек, который встал на пути грозного и неуловимого атамана. Им, по преданию, оказался Кулибин, один из предков знаменитого механика-изобретателя.
Отважный, ловкий и сильный, тридцатилетний молодец в один из июньских дней (в веке эдак 17-м, год легенда от нас утаила) в составе каравана нижегородских купцов должен был проплывать около зловещего места.
У Кулибина были свои счеты с удачливым ватажником, который уже однажды ограбил купца. Последнего терзала досада, когда он вторично проплывал мимо этого злополучного места. Поэтому он замыслил изловить и покарать обидчика.
Когда купеческий караван остановился на ночлег, судно Кулибина отплыло от стоянки. Хозяин и бурлаки бдительно ждали ночного нападения.
В темном безмолвии в темноте бесшумно двигалась легкая посудина грабителей, быстро приближаясь к отбившемуся от каравана судну, команда которого, однако, была на чеку.
Когда в борт расшивы вонзился багор, из нее разнесся пронзительный свист: и на нападающих посыпался град камней из камнеметательной машины, установленной Кулибиным. «Ушкуйники», застигнутые врасплох, буквально онемели, даже призывы их предводителя к схватке не помогли. Не успев ретироваться, грабители были побиты увесистыми булыжниками и посечены торговцами на подоспевших расшивах. Погиб в том бою и дерзкий атаман.
Кулибин был отомщен, а нам осталась легенда о разбойнике Барме.