Этим летом у меня с книгами не заладилось. Прошлое вспоминается «Коллекционером» Фауллза и «Супружеской жизнью» Эрве базена, лето 2005го, скажем, - «Мертвой зоной» Кинга и «Парфюмером» Зюскинда. Раньше читала больше и соответственно, воспоминаний было хоть отбавляй. До сих пор отбавляю. Но этим летом я сделала такое, чего обещала себе больше никогда не делать: залипла над неинтересными книгами. Обещала я себе это года четыре назад, когда распрощалась с еще кое-каким балластом, как то чувство вины, постановка галочек и проч. Жизнь коротка, а классных книг много.
Как же так получилось, что болото под названием общая культура или общее развитие опять меня затянуло? Вот уж не пойму. Со времен изучения французского знаю имена этих ребят, а из писательских книг узнала, что Мопассан учился у Флобера и тот позволил ученику опубликовать первый рассказ только после энного количества лет и прогрессивной практики. Рассказ «Пышка», я еще надеюсь с ним ознакомиться. Однако начать решила с учителя – надо же выяснить, чем он такой гениальный! Разумеется «Госпожа Бовари». Стала слушать. Не без интереса, не без приятности, хотя иногда меня смаривал сон, и приходилось перематывать обратно. Знаете, есть такие книги… «вроде ничего». Ты не хватаешься за них каждую свободную секунду, как за книги «вау!», но в то же время понимаешь, что написано все хорошо, сюжет, скорее всего, разовьется – немного потопчется на месте, но это характерно для эпохи, мы все дети своего времени. Вроде ничего. Дадим шанс. Есть такие книги, которым шанса не дашь уже через тридцать страниц, но эта не такая. Послушала я четыре часа.
Параллельно читала книгу Рэя Брэдбери «Вино из одуванчиков». Свезло так свезло – по ощущениям книга точно такая же, хотя больше ничем их не сравнишь. Вроде ничего. Ни шатко ни валко. Написано очень красиво и поэтому хочется дать ей шанс. Там есть потрясающие точные и сентиментальные фразы, вроде «оказывается можно вырасти, но не стать сильным…» Любопытно, с какого момента писателя начинает скручивать ностальгия? Почему седеющие дяди вспоминают себя двенадцатилетних, а еще не седеющие тети – себя шестнадцатилетних? Дефицит счастья? Своя машина времени – мазохистическая. Нет бы решить для себя, как миссис Бентли: я никогда не была молодой и хорошенькой, я есть только теперешняя, сейчас.
Пролопатив кучу писательских книг и курсов, я решила для себя, что же делает книгу интересной в принципе. Замахнусь и на большее – почему некоторые проходят проверку временем и становятся классикой, а иные – нет. По сути, эпоха, время – это все ерунда. Есть хорошая история или плохая. Или как услышала у Ткачёва: если в книге есть хоть одна библейская мысль, она будет жить вечно. Но если рассмотреть чуть детальнее и лично для меня, с вашего позволения. С нетерпением жду в комментариях, что важно в книге именно для вас – это очень ценно мне как писателю. Итак, мои топ-пять:
История
Герой
Стиль
Ценности
Послевкусие
Градацию я начала не с самого важного для меня пункта – когда-то я говорила, что как написана книга меня занимает больше, чем собственно о чем. Но большинство читателей голосуют за историю. То есть, интересен ли сюжет. Насколько он динамичен или нетороплив в подобающих местах, насколько ярко в нем проявляют себя герои. Да, история может быть интересной и неинтересной и это - главный критерий хорошей книги.
Дальше идет герой. Если сюжет летит сам собой, а он – пассивный наблюдатель или то самое вещество в проруби, которое несет течение – нас это не вдохновляет.
- Чем хороша Даниэлла Стил – она пишет о сильных женщинах! – говорила мне мама в пору увлечения любовными романами.
Тогда я и подумала: а кому интересно читать о слабых? Вы помните мало-мальски интересную героиню, которая живёт с алкашом, терпя его измены и пятнадцать лет работает в магазинчике под землей, не видя белого света, а сама еще и молода, здорова и красива? В реальной жизни – сколько угодно, но читать о таких я не хочу. Истории рассказывают, чтобы научить или вдохновить. Повыпендриваться, вызвать зависть или рассмешить – тоже, но не о том сейчас речь. История – это опыт борьбы и победы. Победа без борьбы не ценится, а борьба без победы – уныние. Вот и мое творческое кредо прорисовалось между делом.
С другой стороны, если у вас потрясающий герой, но он «топчется на месте и размышляет о сакральном» (цитата моей сестры по перу Лены Серковой) – надоест быстро. Даже самому автору. Писательский треугольник Карпмана выглядит так: герой+действие=сюжет.
Стиль. О нем я уже говорила. И поэтому не могу бросить Брэдбери. Подозреваю, что просто не мой автор, ничего я у него дочитать не могла кроме «Дзэна в искусстве написания книг». Но как же красиво он пишет! Одно удовольствие читать. А если удовольствия нет и герой «пялится куда-то в район попки» героини – велика вероятность, что страница, на которой я встретила этот перл, окажется последней.
Ценности. Те, кто рос в 90е помнят обилие книг, восхваляющих профессию киллера и содержанки. Где они теперь? А герои там были занятные и сюжет прямо-таки искрил. Но времена изменились, и мы переболели этой заразой. Хочется верить, то же самое будет с пропагандой других «ценностей». Душу не обманешь.
Однако если не остается резонанса после прочтения книги – все вышесказанное быстро забудется. Это послевкусие – дело самое субъективное. Кому-то важно, в какой именно момент он встретился с этой книгой, кому-то – ее лейтмотив. Кого-то не оставляет герой, кого-то – непредсказуемая интрига. Но на мой взгляд, это очень важно – еще пару дней походить под впечатлением, подумать о прочитанном, повертеть в голове и так и сяк. Что-то осознать для себя, на что-то посмотреть иначе. Не будет этого – даже самый гениальный роман окажется пустым. Опять же, так происходит у меня с «Вином из одуванчиков». Быть может, раньше надо было такое читать – сестре нравилось в школе.
Что до «Мадам Бовари» – никаких претензий к Флберу у меня нет. Я спеклась на героях. Никто из них мне по-настоящему неинтересен, ни с кем не произошло эмоциональной сцепки, ни в ком я не увидела себя. Эмма со своей падкостью на красивые бирюльки напомнила сороку, к тому же глупую – пустить под откос все хорошее, что у тебя было из-за этой невнятной тоски по высшему свету и всем его цацкам? Истории не откажешь в реалистичности и прямо-таки бессмертии, но… не про меня. Еще девять часов прослушки, я, пожалуй, позволю себе провести их с большей пользой.
